Огненная кровь. Том 2

Потому что я на твоём месте избил бы меня до полусмерти и плевал бы на все союзы, — он покачал головой, разглядывая лицо брата, — неужели ты не хочешь ударить меня? Вызвать на дуэль и убить? После того, что узнал?

Из дверей Красного зала появились Истефан и Грегор, а следом вышел Гасьярд.

— Ты прав, хочу, — ответил Себастьян, покосившись на дядю, — и если бы это изменило ситуацию, я бы избил тебя до полусмерти… только это не заставит Иррис меня полюбить. Но кое-что я всё равно сделаю…

Он размахнулся и ударил Альберта кулаком в лицо, так сильно, что тот от неожиданности сделал два шага назад и едва не упал.

— Это за то… что она… любит тебя, — произнёс Себастьян тихо.

Шагнул навстречу и ударил ещё раз.

— А это за то… что ты… любишь её…

Затем схватил Альберта за полу камзола и ударил в третий раз, разбив лицо в кровь.

— А это, чтобы дядя Гас поверил в нашу ссору, — прорычал он ему в лицо, — а теперь ударь и ты меня. Сильно!

— Как скажешь! — кулак Альберта впечатался в скулу брата.

Тибор бросился, навалился всем телом и выкрутил руку Альберту со словами:

— Да что с тобой, Берти? Ты совсем сбрендил, что ли? Какого гнуса ты творишь?

— Мы продолжим… позже, — прорычал Альберт.

Их взгляды с Себастьяном схлестнулись, и тот ответил, вытирая кровь с рассечённой губы:

В зале советов они сели по разные стороны стола. Вернулась Эверинн и, увидев разбитые в кровь лица, всплеснула руками и прошептала:

— Милосердные Боги! Это когда-нибудь, вообще, закончится?

Последней вошла Иррис.

Она не хотела быть здесь, но поскольку теперь и она принадлежала Дому Драго, закон обязывал её присутствовать на совете.

Большой круглый стол из чёрного мрамора, стоявший посреди комнаты, украшали искусно вырезанные знаки прайдов. Стулья с высокими спинками были придвинуты вплотную. Залом пользовались не так уж и часто, и сейчас слуга спешно открывал шторы и окна, чтобы разогнать застоявшийся дух и впустить в комнату свежего воздуха.

Гасьярд принёс руны, сел за стол и, окинув взглядом собравшихся, сказал:

— Уж будь добр, не тяни, — ответила Милена.

— Ну что же… Вы хотите знать, почему я составил два таких соглашения? — медленно произнёс Гасьярд. — Я отвечу — такова была воля верховного джарта. Салавар велел мне так сделать, и я не мог не подчиниться.

— И зачем это понадобилось нашему отцу? — Милена не сводила с дяди внимательного взгляда, надеясь, видимо, подловить его на лжи. — Может, затем, чтобы выдать замуж леди Иррис вовсе не за Себастьяна? А за Драгояра, к примеру?

— А затем, — Гасьярд посмотрел на Милену со злорадством, — что Салавар сам хотел жениться на леди Иррис.

— Что? — этот возглас вырвался у Иррис сам собой.

— Вы все хотели правды? — спросил Гасьярд с тонкой усмешкой.