Огненная кровь. Том 2

То, что вы сломаете друг другу пару рёбер, никак не помешает нам после объединиться… на взаимовыгодных условиях, — ответила Милена, тоже взяв бокал.

— И почему я должен объединяться с вами? Вы в меньшинстве против Себастьяна, да и я недёшево буду стоить.

— Драгояр сильнее Себастьяна. А я сильнее Таиссы. За тобой пойдёт Тибор, с Грегором я тоже договорюсь, и силы буду на равных.

— И что я получу взамен?

— А что ты хочешь получить? Стать главой одного из кланов? Денег? Патенты на торговлю?

— Патенты? И откуда они? — несколько удивился Альберт.

— Наша мать и её прайд теперь, когда не стало отца, поддержит нас и обеспечит ими. Ты можешь быть очень богат, — Милена понизила голос, — и потом, подумай, что тебе предложит Себастьян — стать главным над конюшнями? Или купальнями? У него есть Таисса, Гасьярд, Эверинн, будущая жена, наконец. Истефан в рот смотрит дяде Гасу и ему тоже предложат жирный кусок, так что тебе там просто ничего не светит. И всё останется, как было. Мы же можем предложить тебе статус и деньги и всё изменить в этом доме.

Она сулила золотые горы, но он слушал её вполуха — на центральной лестнице, ведущей к месту торжества, появились Иррис и Себастьян. И Альберт впился глазами в изящную фигурку в голубом платье, которая выглядела здесь так странно — беззащитным мотыльком, случайно залетевшим в это царство беспощадного пламени. Он видел, как её обняла Таисса, и как встала рядом, помогая принимать гостей, как рука Себастьяна обняла Иррис за талию, и он склонился, шепча ей что-то на ухо, а она улыбнулась в ответ. И в этот момент Альберт как-то особенно остро ощутил то, что Иррис принадлежит другому.

— Мысль о том, что нами будет управлять Драгояр, мне как-то не по душе, — сухо ответил он Милене.

Она наклонилась к его уху и произнесла тихо:

— А кто сказал, что Драгояр будет реально чем-то управлять? У него и так полно любимых занятий — скачки, турниры или муштра его гвардии, пусть управляет, ты же не против?

Альберт повернулся к ней: пухлые губы с капризным изгибом, слишком откровенное алое платье, белокурые локоны спадают каскадом на плечо, россыпь бриллиантов на груди и шее, и духи, окутывающие её загадочным шлейфом. Слишком яркая, почти до вульгарности, слишком соблазнительная и уверенная в своей красоте, и глупая — такой она казалась со стороны, если бы не взгляд, полный синего льда. Альберту вдруг подумалось, что Боги, видимо, посмеялись над ней при рождении, поменяв их души с братом местами — в теле Драгояра эта женщина чувствовала бы себя гораздо комфортнее, и каждый из них был бы на своём месте.