Игра с огнем

– О-па, опять по памяти шпарит, – заржал зеленоволосый.

– Задумайся о том, что твои слова могут иметь последствия, – усмехнулся Ник.

– Последствия скорее наступят для тебя, – злобно сказал ему парень в бандане.

– Я предупреждаю, Дэн.

– Я понял. Я тоже предупреждаю тебя. Все. Fuck off! – процедил сквозь зубы Дэн, без страха глядя на Никиту. Тому вдруг стало весело. Также хорошо Уголовный кодекс РФ на его память знал только Март и один мужик, который смело мог считаться рецидивистом из рецидивистов. – Проваливай. Get a fuck out of here!

Кларский вернулся в машину и, ни слова не говоря совсем уже обалдевшей Нике, завел авто. Уехал быстро, видя в зеркало заднего вида четыре немаленькие фигуры. Кажется, клоун не шутил. Люди с такими глазами не шутят. А ведь Дэн был в ярости. И как только он заметил его тачку? Внимательный ублюдок.

– Да что это такое было? Ук… Никита, что ты делаешь, чем занимаешься? – влезла обеспокоенная Ника. – О чем Дэн говорил?

– Молчи, – предупредил ее парень. – Молчи. Пока мы не приедем в гребаный «Алигьери», молчи.

И Ника послушала его. Только подняла руки кверху, словно говоря, что и не хочет ничего говорить.

Но сначала они заехали на пустую, освещенную безразличными ко всему фонарями набережную. Кларский, ни слова не говоря девушке, вышел на улицу и подошел почти к самому краю, долбанув обеими руками ни в чем не повинное ограждение.

«Топиться, что ли, пошел?» – обеспокоенно подумала Ника и тоже выбралась на улицу, но далеко отходить от машины не стала.

Топиться парень не стал. Просто постоял в одиночестве минут десять – успокаивался.

– Ты пожалеешь, скотина, – шептал Ник, вернувшись в салон. От гнева крылья его носа трепетали, а глаза были сужены. – Ты же нарвешься на крупные неприятности. Ты уже нарвался. А через твою девку я многого добьюсь. Падла, еще и Ольгу приплел. Нет, тебе точно не жить, фраер.

Ника, слыша все эти слова, приправленные изредка крепкими выражениями, только вздыхала и глубже вжималась в сиденье. Ей опять было страшно, и девушка старалась не смотреть на Кларского. Ну что, что она такого сделала?.. Лучше бы тут старикан Краснозубов рядом сидел или противный Илья из соседнего подъезда, хамоватый шрек с мордой обкурившегося осла, который давно к ней подкатывал…"

"Кларский успокоился – не сразу, а только тогда, когда они оказались в «Алигьери»: там он вновь вошел в образ спокойного мальчика с уверенным взглядом. Вновь заставил Нику взять себя по руку, купил карты для входа в клуб и повел в «Рай», где они первым делом увидели небольшую драку…

И вот теперь, после всего этого, она, Ника, находилась в кабинете того темноволосого человека в дорогих очках, которого и ударили в челюсть на их глазах.