Огнедева

 — Я бы поехал… мне и самому белый свет посмотреть любопытно… Но она — в слезы, да я и сам думаю: как она с двумя-то управится одна?

— Ну, не одна она, не в лесу ведь живете…

— Хоть и не в лесу, а все же… Дивляна уедет, Тепляна, может, с нею, и кто у нас дома-то из женщин останется?

— Тепляна с ней не поедет — сватали ее вчера. Ты где был-то?

— За Нежату?

— А за кого ж еще?

— Ну, хоть и не уедет, а из дому уйдет. И кто останется? У Ярушки свой на руках будет, да и не работница она теперь. Мать, да Молчана, да Сойка с Сорокой — вот и все. И покацать будет некому. Лузика вон еще, — добавил он, увидев в это время вошедшего Велема и вспомнив, как тот принес в дом новую челядинку.

— А вы о чем? — осторожно осведомился Велем, видя, что они хоть и заметили его, но голосов не понизили."

"— Да… радость у нас! — ответил Домагость, хотя по его лицу никто не сказал бы, что они обсуждают радостное событие. — Никаня в другой раз тяжелая. Плодовитая сноха у меня — одному едва успели имя наречь, у нее уж другой готов! Вот я и не знаю, как мне теперь Доброню в Киев посылать. Может, полгода проездит, а может, и целый год, тут уж не угадаешь, как все сложится, а жену с двумя ребятами не хочет надолго оставлять. И прав ведь: Дивляна уедет, Тепляну просватали у нас, Яромиле в тот же срок своего качать. Вот и выходит, что помогать ей будет некому. Кому Дивляну везти, и не знаю. Гребня, что ли? Тебя бы послать, да неженатому парню уважения не будет. Вот был бы… Ты-то когда женишься? — Домагость окинул взглядом стоявшего перед ним парня, словно прикидывал, достаточно ли тот вырос.

— Да я и женился бы, — ответил Велем, вспомнив, о чем только что думал. Похоже, сама судьба подталкивает его сделать этот шаг. — Если позволишь, батюшка. А то задразнили меня уже короткой рубашкой. Даже Вышеня, и тот…

— К кому же свататься будем? — Доброня расплылся в довольной улыбке. Мысль о женитьбе младшего брата порадовала его сама по себе, а если благодаря этому он спокойно останется дома, он готов был бежать к родичам будущей невестки хоть сейчас.

— Да… Далеко ходить не надо… — Велем смущенно ухмыльнулся. — Невеста всем хороша… И собой красива, и нрава покладистого. Правда, не знаю, хочет ли идти за меня… — Он еще раз ухмыльнулся, потому что не мог представить пленницу, которая откажется стать женой и хозяйкой в доме, тем более у того, кто не только купил ее, но и спас от смерти. — Да и как тебе, батя, понравится… Ты ведь едва ли там думал сноху найти, где я…

— А ты-то из дому не побежишь? — с усмешкой начал Домагость, но в это время дверь снова открылась, и на пороге появились Вышеслав и его брат Родослав.

— Здоровья хозяевам, веселья дому! — заговорили оба, приветствуя хозяев и чуров, разместившихся на полочке в красном углу.