Офисный тиран

В красивой белоснежной рубашке и классических светлых брюках, он сжимал в руках два огромных букета роз  - красных и розовых, и коробку с куклой.

Аннушка уже неслась ему навстречу по дорожке.

«Упадет и собьет колени в этих неудобных босоножках», — на миг замерло мое сердце. Но нет, маленькая проказница добежала до отца вперед Тайсона.

— С днем рождения, моя куколка, — лукаво улыбаясь, Воровски поцеловал дочку в щечку и протянул розовые розы.

— Спасибо, — зарделась малышка. А потом ловко всучила букет обратно и выхватила коробку с куклой.

— Ура! Ура! — пританцовывала на дорожке в обнимку с коробкой в своем розовом платьице она.

Я стояла на пороге, и сердце колотилось от радости.

Воровский взял дочку за руку. Улыбнувшись мне, повел ее к порогу.

— Неужели ты добыл куклу? — заулыбалась я.

— В Адлер пришлось ехать, — целуя меня в губы, пояснил он. — Единственное место, где осталась эта супер-современная игрушка. Мне долго объясняли, что она умеет делать, но я все равно ничего толком не понял. Кстати, с днем рождения, мама.

И протянул мне красные розы.

— Спасибо, папа, — заулыбавшись, я взяла у него подарок и поцеловала в губы.

Раздался шум колес – к дому подъехала машина свекрови.

— О, а вот и мама. Пойду хоть освежусь в душе, пока она не взяла меня в оборот. Жара невыносимая, — спохватился Воровский. Всунул мне  второй букет, про который позабыла Аннушка, и быстро нырнул в дверь, оставив нас с дочкой встречать прибывших гостей.

Скоро дом наполнился веселыми возгласами. Ольга с моей мамой хлопотали у стола, Иракли угощал моего папу домашним коньяком в беседке, а мы с Аннушкой с восторгом перебирали подаренные игрушки в гостиной на фоне двух огромных букетов благоухающих роз.

— Аня, а ты кого хочешь – братика или сестричку? — заглянула в гостиную Ольга.

— Папе с мамой вчера доктор сказал, что приедет братик, — беззаботно отозвалась малышка.

— Миша! — возмущенно вскинулась на спускающегося вниз сына Ольга. — Как ты мог мне не сказать, что вы ходили вчера делать УЗИ?!

— Так сюрприз же хотели сделать, — рассмеялся тот и поцеловал мать в щеку. — Аннушка всю контору спалила. Привет, кстати.

Ольга обиженно цокнула и шлепнула его по плечу.

— Все за стол! Горячее стынет! — раздался голос моей мамы в холле.

В тот вечер мы сидели во дворе почти до полуночи. Ночной воздух был пронизан тем самым незабываемым августовским ароматом погоревшей на солнце травы, в кустарнике пели цикады, а вдалеке шумело море. Было так хорошо, что не хотелось уходить в дом.

Аннушку уложили спать в обнимку с куклой, а разговоры и смех за столом не смолкали.

— Пойдем, я уложу спать и тебя, Лиза, — сжав мою руку под столом, — заулыбался Воровский. — Оставим наших родителей гулять без нашей компании. Будущим мамам положен крепкий сон.