Офицерская доблесть

Николай, призвав на помощь всю свою волю, погреб к берегу, через секунды вытащив парня на сушу. Увидев бесчувственное тело ребенка, Ольга закричала, присев на корточки:

– Валерка! Он умер, он утонул!

Не слушая эти крики, Есипов принялся откачивать ребенка. После нескольких манипуляций Валера закашлял, изо рта хлынула зеленая вода. Николай держал его на колене головой вниз. И уже знал, что ребенок спасен. Тот, отблевавшись, перевалился на бок и открыл глаза. Николай опустился на траву рядом. Ольга, широко открыв глаза, смотрела на сына, до крови прикусив губу. Наконец, протянув заметно дрожавшие руки, бросилась к нему:

– Валера, Валерочка, родной! Господи! Живой!

Мальчик проговорил:

– У тебя кровь на лице, мама!

Она прижала его к своей груди:

– Живой! Живой! Слава богу!

И зарыдала, не отпуская сына."

"Николай приподнялся, глянул на реку и увидел, как катер-убийца медленно заходит в заводь напротив причала, где высились два похожих на феодальных замка особняка. Вот, значит, чьи гости развлекались на воде! Суки! Надо бы проведать их! Да набить рулевому морду, а вместе с ним и всей компании, что резвилась на катере! Чтобы знали козлы, что река не место для подобных развлечений. Едва парня не утопили. Но почему рулевой повел катер на берег? И почему он так неестественно хохотал? Уж не от анаши ли? Вполне возможно. Дурь как раз примерно так и действует, если обкуриться крепко. Либо в смех кидает, либо в плач. Чувство меры, да и все другие чувства наркоман в это время теряет напрочь. Как это ему еще удалось в последний момент вывернуть руль, практически на полном ходу развернув этот долбаный катер? Наверняка кто-то из компании заметил опасность и подал сигнал. Не иначе! Интересно, что вообще делают гости с Кавказа в усадьбах главы местной администрации?

Его мысли прервала Оля. Она, наконец, полностью овладела собой:

– Коля!

– Да?

Есипов повернулся к женщине, которая, сидя на траве, прижала к себе завернутого в одеяло сына. Мокрая одежда мальчика лежала рядом. Молодец, сообразила. Хоть сейчас и тепло, но все же осень. Он и сам почувствовал, как холод от его сырой одежды пронизывает тело.

– Разденься, Коль! И иди к нам! Посидишь с Валерой под одеялом, а я домой сбегаю одежду сухую вам принесу!

Николай поежился, но отказался:

– Не стоит, Оль. Я рубашку сброшу и отнесу парня до дома.

– Но ведь тебе холодно?

Майор усмехнулся:

– Ерунда! Мне не привыкать.

Он сбросил рубашку и туфли. Отжал на себе штаны. Сделал несколько энергичных движений, разогреваясь. Тут и увидела Ольга шрамы на его теле:

– Коль! А что у тебя за отметки на груди и спине? Откуда эти шрамы?

– Ты же знаешь, я попал в аварию.