💎Офень флая федьма

Едва успела паучка Шушу почесать по белой спинке, пушистой, как одуванчик, как в дверь постучали.

Неужто дядя Афанасий решил козла назад возвертать, так как раскусил мерзопакостную скотинку? Он ведь ведьмак, хоть и слабенький.

Посадив Шушу на плечо и натянув на лицо улыбку — уже с трудом, каюсь — открыла гостям. Улыбка тут же трусливо сбежала с губ, когда я увидела на пороге Бореслава, густоусатого пузатого жандарма, любящего пристрожить всех, от плачущего на улице карапуза до мэра нашего городка. Не зря за глаза, блекло-голубые и глубоко посаженные, его звали Клещом. Все знали — если хочешь, чтобы твою жалобу на соседа, что слишком громко кричит на супругу или кляузу на муниципалитет, позволяющий сосулькам красоваться на крыше, не положили в долгий ящик, иди к Бореславу.

За Клещом маячила, тянула шею Клара. Ясненько и понятненько. Вот неугомонная ябеда, Клеща на меня науськала. Что за день такой сегодня, а? Чем я прогневила небесные светила, вставшие для бедной ведьмы в позицию «ядреный кукиш»?

— Добрый вечерочек, я по делу, позволите пройти? — бодро отрапортовал жандарм, трепетно, будто младенца, прижимая к груди синюю папку.

Шуша протестующе зашипел, вскинув лапки.

— Конечно, — я снова улыбнулась, хоть щеки и сводило судорогой, ведь знала — пустишь его в дом, застрянешь на несколько часов.

Дотошнее нашего Клеща только жена, нашедшая на шее мужа засос. Не отпустит, пока всю правду не выведает. Не захочешь, а во всем признаешься и все, что угодно, подпишешь, лишь бы отвязался и отбыл восвояси.

— Желаете чаю? — проявила любезность и захлопнула дверь перед носом Клары. Жаль не прищемила его.

— Простите, откажусь, — Бореслав помотал головой и подкрутил ус. — Я при исполнении.

Ишь ты, а вечером ведь ужинать в таверну придешь, исполнительный наш. И половину меню скушаешь, знаем тебя.

— Присаживайтесь, — указала ему на диван и села в кресло напротив. — Что вас привело ко мне, уважаемый?

Перефразируя для себя: какая еще пакость свалилась на меня сегодня, чтобы ведьма уж точно не скучала и все свои извилины стерла до дыр, придумывая, как выкарабкаться живой из-под той горы сюрпризов, что судьба сегодня щедро презентовала на мою рыжую голову?

— Привела меня к вам, как служителя закона, жалоба госпожи Клары, — отрапортовал Бореслав, оправдав мои ожидания, и, достав из папки хрусткий лист желтой бумаги, отдал в мои руки. — Ознакомьтесь.

Да и так ясно, что она настрекотала Клещу. Я пробежала кляузу глазами и поперхнулась.

— Обвиняет в убийстве Тимьяна? — подняла глаза на жандарма. — Но, помилуйте, это же бред! У моей золовки чересчур буйное воображение.

— Все понимаю, — он кивнул. — Проблема решается просто, госпожа Марьяна, предъявите супруга и дело закрою тут же.

А вот с этим у нас проблемка.