Весь Роберт Шекли в одном томе

 — Ты же еще не пробовал его включать.

— Я не уверен, что его действительно стоит включать, — протянул Орхидиус.

— Конечно, стоит! Поверни рычажок!

— Сам и поворачивай.

— Ну и ладно, и поверну, — Мишкин взял яйцо и переключил рычажок на «Вкл.». Они подождали несколько секунд.

— Ничего не произошло, — изрек наконец Орхидиус.

— Да, наверное. Но как мы можем быть уверены, что действительно ничего не произошло? То есть, я хочу сказать, что даже если что-то и произошло, оно же все равно будет казаться нам реальностью.

— Да, действительно.

— Может, лучше выключить эту штуку?

— Какую штуку? — спросил Сунер.

Героического вида мужчина держит в одной руке флейту, в другой — змею. Мужчина произносит:

Рогатая женщина сидит верхом на волке-оборотне. В одной руке у женщины серп, в другой — плод граната. Женщина принимает ваше пальто.

Мужчина с головой шакала, обнаженный, на ногах крылатые сандалии. В одной руке он держит свиток папируса, в другой — бронзовый диск. Мужчина произносит:

— Немедленно займите место в первых трех рядах.

Ну и сколько напоминаний вам еще требуется?

Картинка-загадка: посреди сельского пейзажа скрывается бог. Первый, кто отыщет его, совершенно бесплатно получит сатори. Второй приз — отдых в Гроссингере.

— И сколько еще будут продолжаться галлюцинации? — спросил Мишкин.

— Какие галлюцинации?

В двенадцать лет Мишкин так сильно возлюбил бога, что нарушил данный самому себе брачный обет.

Сегодня Мишкин снова изменил себе. Он предпочел привязанность шикарных спортивных автомобилей и замшевых курток пылкой, постоянной и безграничной любви Мишкина.

— Ваша проблема, — сказал психоаналитик, — заключается в том, что вы не способны любить себя.

— Но я люблю себя! — воскликнул Мишкин. — Правда люблю!

— И вы думаете, я этому поверю? — спросил психоаналитик. — Я вижу, вы начитались Сартра, Камю, Монтеня, Платона, Торо — вот откуда вы почерпнули представления о любви. И когда вы прекратите держаться за этот нелепый бесплодный подход?

— Я люблю себя! — разрыдался Мишкин. — Я действительно себя люблю!

— Вы продолжаете курить, — заметил психоаналитик. — Продолжаете вести вялый, пассивный, беспорядочный образ жизни. Так-то вы обращаетесь с человеком, которого якобы любите?

В лесной чаще Мишкину встретился апостроф. Он потерялся и теперь сидел и тихо плакал. Мишкин взял апострофа на руки и погладил его мягкую шкурку. Апостроф вцепился своими острыми коготками в плечо Мишкина. Мишкин не обращал внимания на боль и продолжал курить сигарету.

Они забрали и прокомпостировали его билет. Сперва он испытал облегчение, но потом ощутил скуку и беспокойство. Впрочем, как только ему выдали новый билет, он успокоился.