Вся мисс Марпл в одном томе

А что вы сделаете, мадемуазель, если я скажу вам, что знаю, кто это?

— Вы ничего не можете знать.

— Ничего не могу знать? А предположим, вчера вечером я гулял и кое-что видел.

— Как вы могли оказаться снаружи? Ведь двери вашего корпуса закрываются в семь часов, после переклички.

— Перекличка! Да, я, мадемуазель, могу выйти, когда мне захочется. Меня замки не смущают. Выходить, прогуливаться по парку… помилуйте, это же так просто! Я это часто делаю.

— Ладно, Эрни. Хватит выдумывать!

— Кто выдумывает?

— Вы! Вы лжете, вы столько раз хвастались подвигами, которых никогда не совершали.

— Зря вы это! Подождем, пока меня допросят эти сыщики о том, что я видел вчера вечером.

— Ну и что же вы видели?

— А вы хотели бы это знать?

Джина с угрожающим видом двинулась на Эрни, но он сделал вид, что испугался и отступил. Стефан, работавший на другом конце сцены, подошел к Джине, чтобы обсудить какие-то технические детали предстоящей постановки. Затем они вместе направились в дом.

— Мальчики в курсе истории с конфетами для бабушки, — сказала Джина. — Как они об этом узнали?

— Они знают все, поверьте мне.

— Что меня больше всего удивляет, так это визитная карточка Алекса. Ведь это глупо — присылать свою визитную карточку в тот день, когда он уже прибыл. Вы не находите?

— Конечно. Но никто не знал, что он прибудет. Он сам решил это буквально за две минуты и послал телеграмму. А к тому времени коробка была уже отправлена. Идея была блестящая. Он, случалось, и раньше посылал шоколад Каролине.

Стефан на мгновенье замолчал, а затем продолжал:

— Но что меня поражает, так это…

Джина прервала его:

— …то, что был некто, хотевший отравить бабушку. Это немыслимо. Ведь все ее обожают, абсолютно все.

Стефан не отвечал. Джина с интересом на него посмотрела.

— Я знаю, о чем вы думаете, Стив.

— О чем же?

— Вы думаете, что… Уолли… ее не любил. Но Уолли никогда бы никого не отравил. Это смешно.

— Какая вы, однако, преданная жена!

— Не говорите в таком насмешливом тоне.

— А я совершенно не намерен насмехаться над вами. Я ценю вашу преданность и потому еще более восхищаюсь вами. Но, моя маленькая Джина, это не может более так продолжаться.

— Что вы хотите сказать?

— Вам это прекрасно известно. Вы с Уолли мало подходите друг другу. И он это тоже знает. Однажды все лопнет, и как только это произойдет, вы оба будете гораздо счастливее.

— Как вы глупы, — сказала Джина."

"— Допустим! Но вы же не станете мне рассказывать, что вы буквально созданы друг для друга и что Уолли здесь счастлив.

— Да, я не знаю, что у него на душе. Он все время дуется, говорит сквозь зубы. Не знаю, что я могу для него сделать. Почему я не могу сделать так, чтобы ему здесь нравилось? А как мы были счастливы когда-то! Как мы умели развлекаться!..