Вся мисс Марпл в одном томе

— А… скажите, пожалуйста, — инспектор старался быть максимально дипломатичным, — какие-нибудь обрывки их разговора случайно не долетели до вас?

Мисс Марпл простодушно взглянула на него и тихо сказала:

— Всего лишь обрывки…

— И что же это были за слова?

Помолчав, мисс Марпл произнесла:

— Точно тема их разговора мне неизвестна, но, кажется, они оба были, в основном, озабочены тем, чтобы скрыть что-то от миссис Серроколд. «Уберечь ее от этого», — именно такие слова употребил мистер Гэлбрандсен. А мистер Серроколд сказал: «Прежде всего нужно подумать именно о ней». Также они говорили о какой-то огромной ответственности и сошлись на том, что им, возможно, следовало бы принять какое-то другое решение.

После некоторой паузы она добавила:

— Я думаю, что вам стоит поговорить с самим мистером Серроколдом.

— Мы так и сделаем, мадам. Не было ли сегодня вечером еще чего-нибудь такого, что бросилось бы вам в глаза?

— Все было так необычно… Вы понимаете, что я хочу сказать?

— Понимаю. Совершенно верно.

— Был еще один, как мне кажется, немного странный эпизод. Мистер Серроколд помешал своей жене принять лекарство… Но это столь незначительная деталь, что право…

— Разумеется. Ну что же, мисс Марпл, мы вам очень благодарны.

Когда дверь за мисс Марпл закрылась, сержант Лэйк произнес:

— Ну и хитрющая же старуха!"

"Затем наступила очередь Льюиса Серроколда. Когда он вошел в комнату, то создалось впечатление, будто они с инспектором странным образом поменялись ролями. Можно было подумать, что именно Серроколд направлен сюда возглавить комиссию по расследованию. Даже то, как он закрыл за собой дверь, один этот жест, казалось, должен был обеспечить предстоящей беседе полную секретность. Он пересек кабинет и уселся в свое рабочее кресло, стоящее перед письменным столом. (Мисс Белевер поставила для инспектора стул сбоку от письменного стола, как бы бессознательно оставляя кресло мистера Серроколда лишь для него самого.)

Сев за стол, Льюис отсутствующим взглядом посмотрел на обоих полицейских. Черты лица его заметно обострились. Это было лицо человека, уставшего от свалившихся на него трудных испытаний. Поймав его взгляд, инспектор даже слегка удивился. Конечно, смерть Гэлбрандсена могла взволновать Серроколда, но ведь они не были ни близкими друзьями, ни родственниками.

Необычность ситуации не понравилась инспектору, и он сухо произнес:

— Итак, мистер Серроколд…

Льюис, по-прежнему погруженный в себя, со вздохом произнес:

— Как трудно сказать, что именно следует предпринять…

— Мистер Серроколд, решение будем принимать мы сами. Поговорим лучше о мистере Гэлбрандсене. Если я правильно понял, его приезд оказался неожиданностью?

— Совершенно верно.