Вся мисс Марпл в одном томе

Но все-таки лишить его наследства сэр Эмброз не мог. И впоследствии Клоддерхэм-Корт был передан наследнику по закону. Мартин Берси унаследовал и титул, и поместье. Было, однако, много другой собственности, которой сэр Эмброз мог распорядиться по своему усмотрению и которую он завещал своей подопечной Сильвии. Я об этом знаю, потому что сэр Эмброз умер менее чем через год после событий, о которых я рассказываю. Он не побеспокоился о новом завещании после смерти Сильвии. Думаю, деньги перешли в казну или, может быть, к его сыну как ближайшему родственнику. Я, право, точно не помню.

– Так что смерть его была только в интересах сына, который отсутствовал, и девушки, которая умерла, – задумчиво произнес сэр Генри. – Затруднительный случай.

– Неужели другая женщина ничего не получила? – спросила Джейн. – Та, которую миссис Бантри назвала кошечкой?

– Она не была упомянута в завещании, – сказала миссис Бантри.

– Мисс Марпл, вы не слушаете, – обратился к ней сэр Генри. – Где вы там витаете?

– Я думаю о старом мистере Баджере, аптекаре, – ответила мисс Марпл. – У него была молодая экономка. Настолько молодая, что годилась ему не то что в дочки, а во внучки. И ни слова своим, полным надежд племянникам и племянницам, никому из семейного круга. А когда умер, поверите ли, оказывается, был тайно женат на экономке уже два года. Конечно, мистер Баджер, аптекарь, – грубый, неотесанный старик. А сэр Эмброз Берси был утонченным джентльменом, как говорит миссис Бантри. Но, несмотря на это, человеческая природа во многом одинакова.

Наступила пауза. Сэр Генри пристально смотрел на мисс Марпл, а та, в свою очередь, бросила на него спокойный насмешливый взгляд.

Джейн Хелльер нарушила молчание:

– А эта миссис Карпентер была хороша собой?

– Да, но такая неяркая, ничего вызывающего.

– У нее был очень приятный голос, – заметил полковник Бантри.

– Мурлыканье, вот как я это называю, – возразила миссис Бантри. – Мурлыканье.

– Тебя тоже скоро назовут кошкой.

– Мне нравится быть кошкой в домашнем кругу, – сказала миссис Бантри. – И вообще я не очень жалую женщин, тебе это известно. Мне больше по душе мужчины и цветы.

– Отличный вкус, – усмехнулся сэр Генри. – Особенно потому, что на первом месте мужчины.

– Все это так, – сказала миссис Бантри. – Но как же все-таки насчет моей маленькой загадки? По-моему – подходящая! Ты и не думал, Артур, что у меня так получится?

– Да, моя дорогая. Но я не думал, что распорядителя жокей-клуба будут спрашивать о скачках.

– Первый номер – сэр Генри, – сказала миссис Бантри, указывая на него пальцем.

– Я не так скор на решения. Поэтому у меня нет еще определенного мнения по этому делу. Начнем с сэра Эмброза, думаю, он не стал бы таким образом устраивать собственное самоубийство.