Вся мисс Марпл в одном томе

Вы с этой ситуацией справились, если вы не сочтете смелостью с моей стороны давать оценку, справились отлично.

Бесс с улыбкой подняла брови.

– Но я была не единственным человеком, который вас услышал, – продолжала мисс Марпл.

– Боже праведный! Неужели нас слышал весь отель?

– Другое кресло было тоже занято.

– Кем?

Мисс Марпл сжала губы. Она взглянула на старшего инспектора Дэви, и это был почти умоляющий взгляд. «Если нельзя без этого, скажите сами, я не в силах», – говорил он.

– Во втором кресле сидела ваша дочь, – сообщил старший инспектор.

– О нет! – вскрикнула Бесс Седжвик. – Нет! Только не Эльвира!.. Понятно. Да, теперь я понимаю… Должно быть, она подумала…

– Она подумала достаточно серьезно о том, что услышала, для того чтобы отправиться в Ирландию и выяснить правду. А обнаружить ее было несложно.

Бесс Седжвик тихо проговорила:

– О нет… – Потом: – Бедное дитя… Она ни слова не спросила у меня. Она все это держит в себе. Если бы только она мне открылась, я бы ей объяснила, что это ничего не значит.

– В этом она могла бы с вами и не согласиться, – сказал старший инспектор Дэви. – Вы знаете, это занятная штука, – продолжал он вдумчивым и рассудительным тоном, каким мог бы говорить фермер, обсуждающий виды на урожай. – Я узнал за многие годы проб и ошибок, что нельзя доверять раскладу вещей, когда он кажется чересчур простым. Простые схемы часто оказываются слишком хороши, чтобы соответствовать реальности. Так и схема убийства в тот вечер казалась слишком уж простой. Девушка уверяет, что кто-то в нее стрелял, но промахнулся. Швейцар бросается спасать ее и получает вторую пулю. Все это может быть так и на самом деле – как видится девушке. Но за видимым порой скрывается нечто совсем иное. Вы только что горячо убеждали нас, что у Ладислава Малиновского не может быть причин убивать вашу дочь. Что ж, я с вами согласен. Причин нет. Он относится к тому типу людей, которые, поссорившись с женщиной, скорее выхватят нож и всадят в нее, чем станут прятаться за оградой и хладнокровно ждать удобного момента, чтобы выстрелить в нее. Теперь предположим, что он хотел убить кого-нибудь другого. Крики и выстрелы – да, но в результате мертвым-то оказался Майкл Горман. Предположим, что именно так и должно было произойти. Малиновский это тщательно планирует. Он выбирает туманный вечер, прячется на площадке и ждет, пока ваша дочь появится на улице. А он знает, что она появится, потому что сам все подстроил. Он стреляет. Стреляет не в девушку. Он целится мимо, а она думает, что стреляют именно в нее. Она кричит. Швейцар отеля, услыхав выстрел и крик, бросается по улице к ней, и Малиновский убивает человека, которого он и намеревался застрелить, – Майкла Гормана.