Одноклассники бывшими не бывают

— Мне нравятся элегантные женщины! — заявлял Игорь с таким видом, будто это все оправдывало.

— Прекрасно, — вздыхала я. — Вон дверь, иди к ним.

Но тут оказывалось, что сама элегантная в мире — все-таки я. Что я — редкий бриллиант, которому просто нужна огранка и оправа. Что только он может не только оценить меня, но и подобрать соответствующую оправу.

Так что проходило время и все начиналось заново:

— Почему ты опять в штанах? Мне нравятся чулки и красные платья.

— Надевай, я не возражаю. Я женщина широких взглядов, приму тебя любым.

— Рита, ну почему ты не идешь мне навстречу! Я столько для тебя делаю!

— Ну что тебе не нравится? Я нормальный мужчина — обеспеченный, щедрый, в постели хорош. Я же свистну, ко мне сразу десяток прибежит!

— Свисти… — лениво откликалась я, но все-таки надевала платья — по особым случаям.

Их было подозрительно много. То отмечаем удачную сделку, то рождение у него племянника, то в новом ресторане отменная еда, но, увы, дресс-код…

Игорь был неплохим человеком. И, кажется, действительно меня ценил. Иначе зачем приличному состоявшемуся мужчине, у которого действительно нет проблем ни с деньгами, ни с потенцией, терпеть мои капризы, несправедливые упреки и злой юмор?

С ним не было скучно, но и без него — тоже не было. Пропади он из моей жизни в одно мгновение — я бы заметила дня через три и нисколько не пожалела бы.

Но выгонять было тоже лень. Зачем? Есть с кем сходить в кино, поболтать о работе, покататься по ночному городу, об кого согреться осенними ночами.

Появится что-то получше — увидим. А уходить в пустоту?

Разве что он совсем меня достанет своим: «Вот так ты почти идеальна, только бедра бы постройнее».

Или наконец обидится на очередной отлуп и пойдет найдет себе какую-нибудь юную красотку, которую он оденет с ног до головы в то, что ему нравится, и будет счастлив.

В конце ноября, когда от радости ярких осенних листьев не остается даже воспоминаний, а чистый белый снег еще не спешит укрыть густую грязь и спятать былые ошибки, всегда случаются самые печальные вещи.

Может быть, особенно печальными их делает сам унылый холодный ноябрь с бесконечными дождями и утренними морозами, схватывающими слякоть ледяной коркой. Но вряд ли в мае я больше обрадовалась бы известию о смерти любимого учителя. Он был болен еще тогда, на юбилее школы, но скрывал это от всех и работал, пока еще мог хотя бы сидеть за компьютером и покрикивать на «балбесов», которые в очередной раз не могли понять элементарный алгоритм.

Новость принес Игорь — я удалила свой аккаунт в «Фейсбуке», как только продала последние украшения и пока возвращаться не планировала. Он же общался с кучей народа из школы и первым узнавал все новости.