Одноклассники бывшими не бывают

Видимо, это уже инстинкт, как у пастушьей собаки: видишь разбегающихся подопечных — собери их в кучу и не забудь сказать «гав».

Но все-таки взрослые состоявшиеся люди гораздо способнее каких-то малолетних детей, поэтому когда мы добрались до актового зала, где нашему выпуску даже выделили отдельный ряд, выяснилось, что где-то по пути сгинули Рикита и Протасов. Причем последний — вместе с крекерами и бутербродами. Морозов чувствовал себя очень глупо с двумя бутылками под взглядами других классов.

— Где Рикита? Где Рикита? — все металась Оленька, всплескивая руками.

— Одиннадцатый «А», сюда! — кричал с ряда перед нами какой-то мужик под пятьдесят, видимо, не догадываясь, что тут собралось несколько десятков одиннадцатых «А».

Я выбрала кресло, которое выглядело наименее хищным и не должно было порвать мои колготки. Илья устроился рядом, почти вплотную. Нам еще повезло — на задние ряды, где рассаживали выпускников помладше, нормальных стульев не хватило, и элегантным девушкам в платьях с разрезами пришлось садиться на низкие спортивные скамейки.

На сцене кто-то наигрывал на рояле гимн школы, но было ясно, что еще не скоро все рассядутся и угомонятся.

Видимо, Илья решил воспользоваться свободной минуткой и, наклонившись ко мне, спросил:

— Так получается, ты замуж не вышла?

— Почему? — обиделась я. — Я как раз туда сходила и все как следует выяснила. Это — подстава! Нам всегда говорили, что девочки больше хотят замуж, а парни от женитьбы бегают. Так что — зря! И те, и другие.

— Ладно, почему зря бегают, я понимаю, — кивнул Илья, а я покосилась на него и задумалась, как он умудрился ускользнуть от коварных вопросов про брак и детей. — А почему зря хотят?

— Потому что становишься помесью пылесоса с посудомойкой, — честно ответила я. — Весь быт — женское дело. Даже те мужики, умеющие готовить и убираться, говорят, что женились не для того, чтобы делать это самостоятельно.

— Но ведь можно найти мужа, который так не думает… — возразил Илья.

— Ты большой специалист по поиску хороших мужей? — фыркнула я. — Много их себе нашел?

Он хотел что-то еще сказать, но тут тихая мелодия гимна школы зазвучала громче, еще громче, взвилась под высокие своды актового зала — и все вдруг как-то сразу перестали трепаться, суетиться и искать места, поднялись на ноги, и когда зазвучали первые слова, подхватили их, легко вспомнив каждую строчку.

В нашей школе гимн никогда не был обязаловкой. Его написал один из самых первых выпускников, и вложил в текст такую любовь к школе, что она чувствовалась до сих пор, спустя почти пятьдесят лет после написания. Даже я украдкой смаргивала слезы, а люди вокруг меня плакали без стеснения.

Все-таки у нас были и хорошие моменты.