Команда: Мы одной крови

– Тимур?! – в голосе чеченца прозвучали уважительные нотки.

– Слышь, будешь и дальше тупить, без глаза останешься, – пригрозил ему Помпон.

– Да я в самом деле не знал, что это Тимур, – мотнул головой чеченец. – Слышать слышал, а вижу впервые, да... Мы не за Тимуром ехали. За Вероникой...

Помпон озадаченно крякнул. Судя по всему, пленник говорил правду.

– Зачем тебе Вероника? – угрожающе нахмурился Тимур.

Каким-то макаром чеченцы узнали, что Веронике угрожает опасность. И выслали бригаду ей на подмогу... Но тогда они готовы были бы к нападению.

– Сулейман сказал найти ее. Она на Шайтана работает...

– Какой такой Шайтан?

– Сами не знаем... Он Тимура с Алиханом стравливает. Бабки взял, а Тимура подставляет. В Тимура стрелял, а виноват Алихан. Путает нас Шайтан. Потому и грызня. Так Сулейман сказал...

– Ты хочешь сказать, что Алихан не собирался меня мочить? – вопросительно посмотрел на чеченца Тимур.

– Не собирался. Нельзя было... Это все Шайтан. На него через Веронику выйти можно...

Похоже, чеченец не лукавил. Тимур и сам уже верил в существование некой третьей силы, которая действует тайно, исподтишка.

– Значит, это Шайтан двадцать «лимонов» забрал, так?

– Получается, так, – кивнул пленник. – А все стрелки на Тимура перевел...

– Это Сулейман так считает?

– И Алихан тоже... Мы Шайтана ищем. Как найдем, за все с него спросим.

– На Веронику как вышли?

– Казбек ее хорошо знает. Мы ее подруг нашли, у всех спросили, да. Они все про нее забыли. Только Таня знала. Сказала, что у нее роман с каким-то банкиром был.

– С Медяковым?

– Нет, не с ним. С его бухгалтером. Таня сказала, что щуплый он какой-то... А у нас по «Эдему» полный расклад. Мы на Шлыгина вышли... Я так понял, мы угадали, да?

– Да. Только мы вас чуточку опередили. У нас Вероника...

– Это хорошо. Вы поговорите с ней. Она вам про Шайтана расскажет... А потом надо Алихану звонить. Не надо нам с вами воевать. Плохо это. И вам и нам...

– А это не тебе решать, что плохо, а что нет...

Вероника пыталась строить из себя Зою Космодемьянскую. Но хватило ее ненадолго. Ее не били, не пытали. Просто затащили в холодный подвал, привязали к стулу. А потом появился пацан в белом халате. В одной руке у него был скальпель, в другой живая мышь.

– Что это? – в ужасе взвизгнула Вероника.

– В слона будем играть, – охотно пояснил Краб. – Знаешь, что со слонами бывает, когда к ним под кожу мышь попадает?.. Если не знаешь, сейчас узнаешь...

Веронику чуть удар не хватил, когда она представила, как «хирург» будет делать разрез и впихивать под кожу живую мышь.

– Не надо! – взвыла она от страха.

– Тогда отвечай, на кого работаешь, гнида? – зло спросил Краб.

Вероника была настоящей красавицей. Но Краб не воспринимал ее как женщину. Срабатывал инстинкт разведчика.