Команда: Мы одной крови

Учти, если ты к ней грязно домогался, тебе не жить, понял? Я за сестру тебя на части порву, понял?

Томсон подошел к Тине, какое-то время любовался ею, затем бережно поднял на руки и понес к выходу. Олег останавливать его не стал... Все-таки он ей отец. А Мразин... Мразин – мразь ползучая. И если он действительно хоть пальцем тронул Тину, ему несдобровать.

Глава шестая

Костя очень нервничал и курил одну сигарету за одной. Он ехал в свой офис. За рулем Фима, рядом с ним на боевом посту – телохранитель Мика. Оба при оружии. Но все равно на душе неспокойно...

Машина шла по Большой Академической. Никаких остановок не запланировано. Но Фима вдруг резко ушел в правый ряд, остановился и дал задний ход. Машина застыла возле рекламного щита.

– Ну, и что ты сделал? – удивленно и недовольно спросил Костя.

– Может, мне показалось... – замялся Фима. – Да вы сами посмотрите!

А смотреть, оказывается, было на что. Костя стоял под рекламным баннером, на котором красовалась его персона. Предвыборная агитация. Этот плакат уже два месяца здесь красуется. Да и по всей Москве их полно... И неужели на всех щитах выписан этот гнусный слоган?

«ТРУДНО СТАТЬ ПИДЕРОМ. НО Я СТАЛ ИМ! ТЕПЕРЬ ВАША ОЧЕРЕДЬ!..»

Какая-то падла убрала нижний изгиб с буквы Л в третьем слове. Буква Л превратилась в П. Костя был «лидером», а стал «пидером». Мало того, он призывал стать пидерами своих избирателей и привести их к светлому пидерастическому будущему...

Костя стал красным как помидор, на негнущихся ногах вернулся в машину, велел гнать в офис.

Первым делом он призвал к себе Коха.

Уже нет в живых его сообщников, с которыми он начинал свою преступную карьеру. Одного он грохнул в Москве, одного в Молдавии, третьего в Казахстане. Теперь никто из его команды не знает о происхождении его начального капитала. Разве что догадываются. Но одно знать, другое догадываться..."

"Женя Коханов тоже в свое время был ментом. Но к ограблению на Цветном бульваре не имел никакого отношения. Поэтому он до сих пор жив. Он был самым толковым парнем из его новой команды. Костя сделал на него ставку и приблизил к себе. С ним он прошел камчатский огонь и тихоокеанскую воду. Кох был его правой рукой. И еще ни разу не подвел.

Костя объяснил ему ситуацию с рекламными плакатами.

– Надо узнать, как дела с другими баннерами, – поставил он первую задачу.

– Плохо, – повесил голову Кох.

Костя показалось, что на его губах выступила обидная насмешка. Но ему всего лишь показалось... А если нет? Что, если все его подчиненные смеются над ним!..

– Не знаю, везде или нет, но на трех баннерах такая же картина. Я уже озадачил человека. Будет тебе, шеф, статистика...

И статистика эта будет неутешительной. Костя в этом не сомневался.

– Как думаешь, чьих это рук дело?

– Не знаю, – пожал плечами Кох.