Одного раза недостаточно

Я встретил очень славную и симпатичную сорокалетнюю вдову, которая готовит для меня обед три раза в неделю. Я вожу ее в Нью-Йорк на спектакли и считаю, что мне повезло.

— Почему вы сообщаете мне это?"

"— Я вижу, что ты все еще тонешь и цепляешься за проплывающее мимо тебя бревно… Из этого ничего не выйдет. Если ты когда-либо попытаешься стать для меня кем-то иным, нежели другом, я могу не устоять, и это еще раз убьет твоего отца. В конце концов, он пошел на этот брак не для того, чтобы его дочь оказалась со стареющим экс-космонавтом.

— Мне кажется, он хотел, чтобы я вышла за Дэвида.

— За Дэвида?

— Эти цветы, — она обвела взглядом комнату, — от него.

— Он тебе симпатичен?

— Не знаю… я не давала себе шанса сблизиться с ним. Сначала мне казалось, что да. Потом, после встречи с Томом…

— Дай себе этот шанс. Дай себе много шансов. С Дэвидом… Питером… Джо… С кем угодно… встречайся с парнями… ходи на свидания… весь мир принадлежит тебе. Твой отец позаботился об этом. Возьми то, что даровано тебе, тогда душа Майка Уэйна обретет покой.

Она стала каждый вечер выходить в свет с Дэвидом. Его мать уверяла, что ни Ди, ни Майк не захотели бы, чтобы Дженюари долго пребывала в трауре. Девушка заставляла себя сидеть под грохот музыки в «Клубе»… улыбаться сквозь шум «Максвелла» и «Единорога»… пару раз ходила в «Джино»… знакомилась с новыми людьми — девушками, приглашавшими ее на ленчи, и молодыми людьми, друзьями Дэвида, слишком крепко прижимавшимися к ней во время танца. Она постоянно улыбалась, поддерживала беседу, принимала приглашения… и все время ждала момента, когда вечер кончится и она сможет проглотить две красные пилюли и заснуть.

Один день сменялся другим. Ей звонили красивые девушки; они приглашали ее на ленчи; она заставляла себя соглашаться. Дженюари сидела в «21», «Орсини», «Лягушке»… слушала сплетни… рассказы о модных магазинах… престижных курортах Ее звали в Саутгемптон, в круиз к греческим островам (три пары собирались зафрахтовать яхту; Дэвид сказал, что может взять четырехнедельный отпуск). И конечно, девушку всегда ждал дом в Марбелле с огромным штатом прислуги.

Да, ее ждали целый мир и лето, сверкающее яркими красками.

Пришла середина июня, и Дженюари следовало определиться в отношении своих планов. Все твердили ей, что она не может сидеть все лето в городе. Ни один цивилизованный человек так не поступает. Она слушала знакомых, не спорила с ними и знала, что Дэвид терпеливо и заботливо ждет ее решения… любого решения — и не жалуется. Он звонил ей ежедневно. Они встречались каждый вечер.

Другие молодые люди тоже звонили Дженюари каждый день. Князь, красавец киноактер, молодой итальянец из очень хорошей семьи, брокер, работавший в фирме, которая конкурировала с конторой Дэвида.