Одно небо на двоих

Вирджиния далеко не принцесса, но даже в эту минуту она выглядела как королева.

Девушка села рядом с ним, продолжая сжимать края палантина, опустила глаза и тихо прошептала:

Он, наверно, умер, или это сон. Но сладкий запах, который исходил от нее, заставил задать себе вопрос: неужели во сне можно чувствовать запахи?

Она посмотрела на него. Взгляд голубых глаз был усталым, хотелось схватить ее и отнести обратно в дом.

– Зачем ты вышла? Нет необходимости вставать с постели, ты еще нездорова.

– Мне надоело спать, – слегка кивнула Вирджиния. Наверное, собрала все силы, чтобы выйти и поблагодарить его, а он опять отдает приказы.

– Ты не должна говорить мне спасибо, это мой долг.

Девушка отвернулась. Солнце скрылось за деревьями, создавая нимб зеленым верхушкам.

– Я звонил Джеку, он сказал, что с твоей бабушкой все хорошо. Ей лучше.

Хотелось порадовать ее, увидеть улыбку на ее лице. И она улыбнулась, услышав эту новость.

Было трудно не улыбнуться в ответ:

– Я купил тебе шоколад. Не знаю, какой ты любишь: горький, молочный, может, молочный с орехами. Пришлось купить все виды.

– Ты скупил весь шоколад? – Вирджиния засмеялась, представив эту картину. И трудно было не засмеяться вместе с ней:

Ее смех стих, но улыбаться она не перестала:

Ее ответ удивил. Лукаймат… Любимый десерт с детства.

– С медом или финиковым сиропом?

Конечно, с медом. Не надо было даже спрашивать ее об этом. Теперь он понял, почему от нее так сладко пахнет. Запах меда. Она обязана любить его.

Саид молча кивнул. Жаль, они не в Дубае, он бы купил ей тонну лукаймата с медом. Здесь люди не знают, что это такое.

– Но шоколад я тоже люблю. Я вообще люблю сладкое.

Слово «сладкое» прозвучало слишком сладко.

– Моя мама очень вкусно делает лукаймат. Я тоже его очень люблю.

Вирджиния смотрела на него большими голубыми глазами, понимая только одно: они совсем разные – с разными взглядами на жизнь, с разным вероисповеданием, но у них две общие черты – любовь к небу и любовь к своему родному городу. Она, христианская девушка, любила мусульманский Дубай. Любила их кухню, их нравы, их порядки. Она выросла во всем этом. И сейчас, среди всего чужого, Саид оказался ей бесконечно родным.

Переливчатое пение птиц разбудило Вирджинию. Она открыла глаза и вспомнила вчерашний вечер. Они с Саидом еще немного посидели во дворе и разошлись по комнатам. Странно, она уже начала привыкать к его постоянному присутствию, и сейчас ей его не хватало.

Вирджиния уставилась в потолок, пытаясь понять свое самочувствие. Сегодня гораздо лучше. Несильная боль в груди, кашель… Но в целом неплохо. Можно даже прогуляться к пляжу – Саид вчера сам предложил. Не стоит отказываться.

Слегка пошатываясь, девушка поднялась с кровати, но тут же взяла себя в руки.