Однажды в Мидлшире

– А про Мейзи есть? «Мейзи, Боб и кот-детектив»?

– Да, сэр! У меня почти вся серия! Только четвертой книжки нет, и последнюю мы еще не купили, потому что переехали.

– Ну надо же. Принесешь мне почитать?

– Обязательно! Хоть завтра! Только верните потом, ладно? А то Фред так одну потерял, пришлось покупать заново, а там уже совсем другие картинки.

Лорд торжественно поднял руку:

Джо подпрыгнул на кушетке.

Он отхлебнул какао, подавился и закашлялся. Когда ему удалось восстановить дыхание, лорд сказал:

– Я забыл спросить у твоего дедушки… Джо, ты помнишь мой медальон? Стеттон сказал, что он остался у Сьюзан. Я бы хотел его вернуть. Эта вещица – что-то вроде семейной реликвии.

Мальчик смущенно заерзал на кушетке.

– А. Ну да, он у нас был. Только он поломался, и мама отдала его в ремонт. Она сказала, что скоро починят.

– Не стоило беспокоиться, – сказал лорд с досадой. – Я бы и сам мог его починить.

– Даже дедушка сказал, что не сможет.

Джо поглядел на лорда с откровенным сомнением. Диглби нахмурился:

– Ну, знаешь ли, я в свое время чинил самолеты!

– Это не то же самое! – безжалостно возразил мальчик.

– Разумеется! Чинить самолет – намного сложнее.

– Ну… наверно. Но если вы можете починить самолет, это не значит, что вы можете починить медальон. Одно не следует из другого. Это… – Джо зашевелил губами, вспоминая, – логичные искажения!

Хриплый, похожий на кашель, смех вырвался из груди старого лорда. Он смеялся и смеялся, и звук наполнял библиотеку, как солнечный свет. Стеттон, который шел к лорду, чтобы забрать поднос и пустые чашки, замер в коридоре, не решаясь помешать.

Джо на кушетке обиженно надулся. Вот лорд замолчал и вытер платком выступившие от смеха слезы.

– Извини, Джо. Ты, конечно же, прав. Сплошные логичные искажения. А куда твоя мама отдала медальон, ты знаешь?

– Ну… она сказала, что часовщику.

– Уизерману. – Лорд помрачнел. – Помоги мне Бог!

– Нет, что вы, лорд Диглби, как вы могли подумать… я не такой человек!

Родерик Уизерман вытер выступивший на лбу пот. Одной рукой он прижимал к уху телефонную трубку, другой делал пассы, чтобы миссис Андерсон подождала в прихожей. Миссис Андерсон упорно не понимала, что именно он хочет сказать, и жадно подслушивала. А лорд бушевал.

– Послушайте… – отбивался часовщик. – Нет, я понимаю, что вы не продаете и никогда не продадите… Мы уже говорили об этом, да. Я не стану его задерживать, он будет готов завтра к вечеру, и мы со Сьюзан вам его вернем. Я понимаю, лорд Диглби, но я нашел кое-что интересное… – Часовщик покосился на посетительницу. – Это не телефонный разговор. Постойте, сэр, лорд Диглби. Вы его когда-нибудь открывали?

Уизерман выслушал ответ, и широкая улыбка расцвела на его пухлом лице.

– Так я и думал. Нет-нет, все лично.