Однажды на реалити-шоу (СИ)

— Твою же… — шепчу я, ошарашенно глядя на ее шевелящийся рот. — У меня, что, день рождения?

Камера переключается на Лику. Ее влажные оленьи глаза проникновенно смотрят на зрителя.

— Я благодарна зрителям за поддержку. Никогда не думала, что пройду так далеко. Я чувствую эту веру в меня, и это невероятно вдохновляет. Я абсолютно очарована Артемом и буду счастлива, если он выберет меня.

Она говорит еще что-то о том, как сложно было двадцать четыре часа находиться под прицелом камер, и на этом интервью с ней заканчивается, сменяясь рекламным блоком.

Я растерянно переглядываюсь с родителями. Эти нарезки не имеют ничего общего с тем, что было увидено мной на репетиционном просмотре. Эпизод, в котором Лика обвиняла меня в посягательствах на Артема и нечестной игре, вырезали. Позора на всю страну не состоялось.

Сердце радостно колотится. Спасибо тебе, мегера. Хочется верить, что отсутствие этого отрывка в финальном выпуске хотя бы отчасти связано с твоей симпатией ко мне.

Перерыв заканчивается, и на экране появляюсь я. Папа одобрительно похлопывает меня по руке, давая понять, что я хорошо выгляжу. Я с ним согласна. Уроки макияжа от Лики не прошли даром.

— … и если я нравлюсь зрителям, то они, возможно, видят гораздо больше, чем вижу я. Что я могу нравится не только уровнем своего айкью и достижениям в учебе или спорте. Мир открылся мне с другой стороны, которую я привыкла отрицать и которая оказалась не так уж и плоха.

— Это как-то связано с Артемом?

— С ним тоже, да. А еще с Ликой. Мы с ней по-настоящему подружились.

— То есть теперь у тебя есть намерение стать победительницей?

— Если быть совсем честной, то хотела бы. Я слишком много времени провела в принятии роли неудачницы, и эта победа могла бы помочь мне поверить, что со мной все в порядке, и пара жизненных провалов не означает, что мне больше никогда не удастся стать первой.

— Как ты красиво сказала, — растроганно произносит мама. — Моя дочь — определенно украшение этого шоу.

— Тс-с-с… — я прикладываю палец ко рту, чтобы скрыть смущение. — Давайте смотреть дальше.

Играет торжественная мелодия, свет становится особенно ярким. При виде появившегося Артема мое сердце против воли тоскливо сжимается.

Серый костюм сидит на нем идеально, подчеркивая широкие плечи, белая рубашка расстегнута на одну пуговицу, открывая полоску загорелой кожи. Наверное, если бы он выглядел паршиво, мне было бы чуточку легче смотреть на него. Но нет, засранец настолько прекрасен, что становится объяснимым, почему по время его матчей на поле летят лифчики. Каждое его движение притягивает взгляд, словно он — единственный источник света в этом зале.

— Спасибо вам, девушки, — его голос звучит торжественно и чуточку напряженно. — Каждая из вас — особенная.