Однажды я выберу тебя

"

"И они с Эдди двинулись дальше.

– Макс с отцом, – скомандовала Фиби. – Вперед.

Обернувшись, Макс одарил меня прощальной улыбкой и ушел вместе с Лу.

– Сайлас, – произнесла Барбара. – Знаю, что это всего лишь репетиция, но, полагаю, завтра я буду немного не в себе и, может, не смогу сказать, что хочу.

– Ладно, – собираясь с духом, проговорил я.

Все сильные эмоции, что сопровождали грядущее событие, казалось, добрались и до меня. И я начинал серьезно сомневаться, что во время завтрашней церемонии смогу держать себя в руках.

Фиби знаками показывала нам, что нужно идти вперед, но Барбара не обращала на нее внимания.

– Я хотела сказать, что в семействе Кауфман все заметили, как счастлив с тобой наш сын. Он просто светится. А для матери нет лучшего подарка, чем видеть ребенка довольным и понимать, что он находится в надежных руках рядом с любимым челове- ком.

«Вот черт…»

Я прикусил щеку изнутри.

– Долгое время мы этого не понимали, – продолжила она, глаза ее блестели. – Честно говоря, я даже не помню, почему. Насколько же ужасной должна оказаться причина, что мы отказывали ему в подобных радостях… Не уверена, что она вообще существовала. – Барбара прижала руки к сердцу, словно бы засевшая в нем боль пробудилась от ее слов. – Я могла бы долго продолжать, но на самом деле я хотела поблагодарить тебя. За то, что устроил все это для него и позволил нам отпраздновать вместе с вами.

Фиби одарила нас взглядом.

– Ладно, я закончила, – глубоко вздохнув, произнесла Барбара и промокнула глаза. – Ну что, пойдем?

«Конечно, пойдем, после такой-то речи. Черт побери».

Слова Барбары выбили почву из-под ног, и мне пришлось приложить все усилия, чтобы принять их и не расклеиться. Пройдя в распахнутые двери, я оказался под теплыми лучами солнца. А в конце прохода меня ждал Макс, и от его улыбки быстрее забилось сердце.

«А ведь это всего лишь чертова репетиция. Мне конец».

Вступив на полированный деревянный пол, мы с Барбарой прошли по узкой дорожке, с обеих сторон которой расставили стулья. Вокруг нас под ярким июньским небом раскинулся Сиэтл. Эдди и Фейт ждали с моей стороны, Дарлин и Даниэль заняли место возле Макса.

Под натянутым тентом, укрывающим от палящего солнца, располагались две небольшие трибуны. За одной из них стоял адвокат Сократ, за другой – раввин Солофф. Макс объяснил, что с ним нам повезло, поскольку Солофф проводил свадьбы для тех, кто придерживался разных вероисповеданий. Родители Макса хотели, чтобы на церемонии мы отдали дань некоторым еврейским традициям. Для Макса это тоже имело значение. А поэтому стало важно и для меня.

Мне как-то удалось добраться до конца прохода. Барбара сжала мою руку и поцеловала в щеку, а потом заняла место в первом ряду рядом с Лу.