Одна тайная ставка

– Я перебрала часть распечаток и записей. А если ты про беспорядок, так это обычное положение дел.

– Компьютер проверяла?

– Ничего интересного.

– Я бы попросила техническую службу проверить скрытые папки или удаленные файлы.

– Сделаю, – заверила Анастасия, и мы простились.

Виктора я встретила в коридоре. Он на всех парах мчался в направлении своего кабинета, разговаривая с кем-то по телефону на повышенных тонах. В дверь мы вошли друг за другом.

Простившись с невидимым Димой, он обратился ко мне:

– Побеседовали?

Я кратко пересказала ему наш с Анастасией разговор.

– Эх, чует мое сердце, хорошо это дело не кончится.

– Поясни.

– Сотрудница пропала, все службы на ушах. Не найдем – по шапке прилетит всем.

– А если найдете?

– Тогда ей, – справедливо заметил Субботкин. – И от меня в первую очередь.

– Ты упоминал, что Аннушка крутила шашни с вашим замом.

– Ага, только сотрудники как бы не в курсе.

– То есть с ним о ее исчезновении никто не разговаривал?

– Как с начальством – разумеется, ну а о личном ни-ни. Кому надо подставляться? Все своим местом дорожат."

"– Я прикомандирована, – пожала я плечами. – И отправиться домой в случае чего совсем не против. Как зовут зама?

– Даниил Альбертович Крюков, восемнадцатый кабинет, – ответил Субботкин, поняв, что спорить со мной бессмысленно, и зачем-то добавил: – С золотой табличкой на двери.

Нужный кабинет я нашла этажом выше. Табличка действительно имелась и, помимо ФИО, содержала должность: все как подобает приличным инстанциям. Я постучала и услышала суровое «Приглашу» из-за двери.

Отойдя на пару шагов, я прислонилась к стене напротив и стала ждать. Минуты через три дверь распахнулась, и я могла лицезреть Даниила Альбертовича. Я предполагала увидеть пожилого лысеющего начальника, на пороге же стоял вполне привлекательный высокий мужчина лет сорока. Костюм с иголочки и отглаженная рубашка отлично смотрелись на подтянутой фигуре.

Не знаю, почему именно он виделся мне иначе: повлияла ли на мои представления занимаемая Крюковым должность, или внешность и поведение Ефременко заставили думать о нем как о малопривлекательном типе. Так или иначе, представить их вместе мне было очень сложно. Тем не менее словам Субботкина я верила. Если он говорил о связи зама с подчиненной, почва для таких слов имелась.

– Вы ко мне?

– К вам, – выдала я самую широкую свою улыбку. – Татьяна Юрьевна Свиридова, прикомандирована…

– Знаю, – оборвал он меня на полуслове. – Добро пожаловать в наши пенаты.

Он придержал дверь, приглашая войти, и указал мне на мягкое кожаное кресло.

– Чем обязан? – поинтересовался Крюков, взяв в руки тонкую металлическую ручку, словно собирался записывать мои слова.

– Не буду ходить вокруг да около, – начала я.