Дракон коварный, одна штука

Не позволил их разрушить. Там, на торговой улице, это было обязательно – когда речь о крупных суммах, использование магии, отводящей глаза, запрещено, это криминальное дело. К тому же платил я чеками, на которых всё равно указано, а тут – нет.

Сейчас было проще – я лишь чуть-чуть приспустил заклинание, чтобы быть заметным для персонала. Мы сели за стол, перед нами тут же появились две тонкие папки, и я велел Нежному:

- Выбирай."

"Кадет кивнул и уставился на меню неожиданно круглыми глазами. Так-так, неужели мой «любимчик» не знаком с вуэсским наречием? Но как подобное возможно, если поместье семейства Харринтеров, где Нежный провёл всю сознательную жизнь, находится на территории, где вуэсский используется как второй язык?

- Что-то не так? – спросил я ровно.

Эстас закашлялся.

- Эм… - протянул он. – Нет, всё в порядке.

Ну-ну. Я украдкой ухмыльнулся и приготовился к представлению, но кадет-таки выкрутился. Когда подавальщик вернулся, Нежный закрыл меню и, глядя честными глазами, спросил:

- А что порекомендуете вы? Что в вашем заведении готовят лучше всего?

Подавальщик, чтоб ему споткнуться с подносом, назвал.

- Благодарю. Вот это я и буду, - сказал Нежный, и у меня аж аппетит немного испортился.

- А вам что? – парень повернулся ко мне. Заклинание было приспущено, но по-прежнему работало. Благодаря этому представителя правящей семьи он не узнал.

- То же самое, - сказал я, отодвигая меню. – И грушевый компот в кувшине.

- Всенепременнейше! – подавальщик вежливо поклонился.

Я вновь уставился на кадета – в специфической кухне упомянутого региона Харринтер тоже, судя по всему, не разбирался. Иначе почему он так спокойно согласился на соус «бьёст»? Нет, соус-то вкусный, но производится он из мозговой жидкости крупных рыб, и любой, кто хоть раз присутствовал при его изготовлении, помнит непередаваемый запах.

При готовке соус пахнет так, что при одной мысли передёргивает, и Нежный, если он жил в той местности, не мог избежать знакомства с кулинарным процессом. Даже я, хоть и бываю в тех краях редко и проездом, не избежал.

А Нежный демонстрировал спокойствие человека, который этого запаха просто не знает, и такое было невозможно.

Значит, он не жил? Или… а передо мною точно Эстас Харринтер? Может это кто-то другой?

Что если речь не о завербованном аристократе, а о подмене? Эстаса мало кто видел, с ним мало кто знаком, и этим моментом можно воспользоваться. Желай я проникнуть в школу, я бы такой шанс не упустил.

Но проходить отбор, прикрываясь чужим именем – это одно, а учиться целых шесть лет – совсем другое. Последнее невозможно, обман так или иначе вскроется. Следовательно, учиться он не намерен.