Одна ошибка

И король Аргантарский никогда вас не достанет.

Она улыбнулась.

— Спасибо, я тронута, мастер Блант. Правда. И… очень благодарна, что вы беспокоитесь и заботитесь обо мне. Но я не оставлю свой замок.

Хотела еще добавить, что не боится этого твердолобого венценосного самодура и тирана. Много чести ему. Бежать? Вот еще!

И только хотела перейти к тому, ради чего, собственно, и вызывала мага, как в кабинет влетела леди Каргия. Глаза пожилой дамы горели, как у удачно поохотившейся кошки.

— Миледи, началось! — выдала она, с шумом переводя дыхание.

А у Изабеллы екнуло сердце.

— Что началось?

— Ну как же, миледи, — с непередаваемым выражением лица проговорила пожилая дама. — Первый поединок!

— ГДЕ? — вскинулась Изабелла.

И подхватив юбки, со всех ног побежала на стену.

глава 36"

"Конечно же, и маг, и леди Каргия, оба бросились туда вместе с ней. Маг просто молча шел рядом, зато леди Каргия, семенившая сзади, вскрикивала и ахала. Но Изабелла этого не замечала. В тот момент у нее все в душе переворачивалось от волнения.

Поединок?!

Как он мог! Это же… За гранью! Могут быть жертвы, раненые!

Боже милосердный, только раненых ей не хватало…

Что он вообще творит?!!

Страшно было увидеть кровь и смерть. Осознавать, что она всему этому виной. Почему в этом безумном мире мужчины всегда все решают силой?! Вместо того, чтобы…

Как назло, все время попадались люди, о чем-то спрашивали. А ей было не до того! Добралась до башни и даже не запыхалась, взбегая по лестнице вверх.

Выскочила на стену, ища взглядом, пытаясь разглядеть, что происходит в той толчее на подъездной дороге.

А там не разобрать — куча. Все смешалось, всадники, пешие, какие-то две повозки.

Боже, ну где он?! Где этот невозможный, твердолобый… Что он затеял? ЗАЧЕМ?!

— Где? — рыкнула Изабелла.

— Ми… миле… Миледи, там… уфффф, — еле выдавила почтенная дама, закатывая глаза, и обессилено махнула рукой вправо.

И тут она наконец его увидела.

***

Наверное, они смотрелись нелепо там среди цветов. А впрочем, какая разница. Там было ровно и просторно, остальное сейчас волновало Норберта меньше всего.

Решение биться, возникшее спонтанно, было принято безоговорочно. И оно казалось единственно правильным. Дракон внутри него с ревом требовал отстоять свое право на нареченную. А мужчина просто не мог иначе.

Он даже мысли не мог допустить, что уступит ее кому-то. И все же, убивать или калечить старину Карла он тоже не собирался. Норберт испытывал к этому фату вполне дружеские чувства.

Но тот же уперся как баран! Да еще и пытался достать его словами.

Каждое напоминание о том, что он уже не в своем праве, растравляло его раненое самолюбие и ущемленную мужскую гордость. Однако опуститься до того, чтобы затыкать Линдосского Норберт не мог. Это было ниже его достоинства.