Одна ночь в Венеции

Мелло, прилежно стенографировавший в своем углу, затаил дыхание.

– Скажите, именно вы украли у графа ключ от двери черного хода?

На лице Элен появилось затравленное выражение.

– О, боже мой… Боже мой! Я не хотела, месье… Но я всего лишь горничная… Кто станет меня спрашивать, чего я хочу?

– Вы понимаете, что вам может грозить? – продолжал неумолимый Папийон. – Отдаете себе отчет в том, что выступили пособницей убийства?

– И если вы не хотите для себя самой тяжкой участи, вам лучше во всем добровольно сознаться, – спокойно закончил комиссар. – Такое признание будет учтено присяжными и смягчит вашу вину.

– Я ни в чем не виновата, месье! – простонала его собеседница. – Это все они!

– Моя хозяйка, ее кузен Нелидов и этот… месье Урусов… Это они все спланировали.

– Убийство графа Ковалевского?

– Расскажите подробнее то, что вам известно, начиная с самого начала.

Элен всхлипнула. Потом заплакала навзрыд, отчего сделалась еще более некрасивой, чем была. И наконец заговорила сквозь слезы:

– Эта история началась несколько лет назад, месье комиссар, когда моя госпожа познакомилась с графом.

– Вы уже тогда служили у нее, верно?

– Как вы к ней попали?

– Моя мать умерла, а отец снова женился, мачеха настояла, чтобы сдали меня в приют. Оттуда я через несколько месяцев бежала. Одна женщина помогла мне, и я стала работать у нее служанкой. Правда, она почти не платила мне, а когда выпивала, еще и поколачивала… Когда я получила паспорт, то сразу же от нее ушла и перебралась во Францию. Мне говорили, что в Париже можно найти работу. Но без рекомендаций нелегко устроиться прислугой… Я была счастлива, когда наконец получила место у мадам Тумановой. Правда, предыдущая горничная предупреждала меня, что с хозяйкой придется нелегко, только я никогда… никогда не думала, что дело дойдет до такого. О, боже мой…

Девушка снова расплакалась, потом принялась долго и обстоятельно сморкаться. Папийон размышлял. Ясно, почему Туманова взяла Элен себе в услужение – некрасивая, без родных и друзей, полностью зависит от нее…

– Мадам знала французский, но предпочитала говорить по-русски, и в конце концов я выучилась понимать этот язык. Платила она не всегда аккуратно, правда, иногда дарила свои вещи, старые платья, шали… Мы жили в основном в Париже, а также приходилось ездить в Россию. Мы несколько раз ездили. Конечно, мне трудно было привыкнуть к ее… к ее мужчинам. Рядом с ней постоянно кто-то был… Только они не задерживались, не знаю почему. Потом в ее жизни появился граф Ковалевский. Мадам решила: это то, что надо, – богат, знатен. Стало быть… нужно его заполучить. И она повела дело так ловко, что в конце концов развела месье Поля с женой.