Одна ночь в Венеции

– Что ж, если вам угодно говорить об этом… Господин граф повел себя тогда просто низко, да, низко! Накричал на меня, поднял руку на женщину, которая… которая ради него пожертвовала всем… семьей, добрым именем, своими детьми…

«Интересно, это все Мария Антоновна ему внушила? – с усмешкой подумала баронесса. – Но о каких жертвах может идти речь, когда всем отлично известно, что граф был далеко не первым ее любовником?»

– Вы рады, что он умер?

– Я… А почему вы спрашиваете? – с подозрением осведомился Нелидов.

– Правда, что мадам Туманова собирается замуж за Урусова? – наугад пустила стрелу Амалия.

– За Георгия Ивановича? – ужаснулся молодой человек. – Но… но адвокат женат!

– Так кто был причиной выходки графа – вы или Урусов? Павел Сергеевич ревновал? К кому?

– Ко всем! – выпалил Нелидов, выведенный из себя. – Он ни минуты не желал оставить ее в покое!

Баронесса Корф подошла к нему вплотную и остановилась, глядя прямо в глаза.

– Граф Ковалевский застраховал свою жизнь. Вам известно, в чью пользу?

– Застраховал? – искренне изумился молодой человек. – Простите, сударыня, но мне об этом ничего не известно!

– А Марии Антоновне?

– Она никогда не говорила мне ни о чем подобном.

Юноша явно не лгал, почувствовала Амалия. О страховке, если таковая существовала в действительности, а не являлась выдумкой Елизаветы Корнелли, Нелидов не имел ни малейшего понятия.

Тогда кто, кто может знать о ней? Конечно, можно навести справки в страховых компаниях, но это потребует массу усилий, ведь в отличие от Папийона баронесса не являлась официальным лицом.

– Благодарю вас, сударь, – сказала Амалия. – Вы…

И тут ее взгляд, блуждая по комнате, наткнулся на стоявшую на шкафу статуэтку, полускрытую стопками книг. Снизу была видна часть фарфоровой арфы и голова одной из фигур в парике по моде XVIII века. Что статуэтка делает на шкафу? Ведь такие вещицы обычно ставят на самое видное место…

Нелидов, проследив за направлением взора гостьи, покосился на шкаф – и увидел, на что та смотрит. На лице его отразился ужас.

– Мне, пожалуй, пора идти, – сказала баронесса, быстро отступая к двери.

– Куда же вы? – хрипло спросил Нелидов.

Не отвечая, Амалия кинулась к выходу, но Петр Нелидов вдруг бросился на нее – и стал душить.

– На помощь! – закричала баронесса, отчаянно отбиваясь. «Это он… он убил графа… А фигурку забыл… забыл выбросить…» – мелькали в ее мозгу отрывочные мысли.

– Кричите громче, здесь стены толстые… – с ухмылкой посоветовал Нелидов, стискивая пальцы.

И тут же вскрикнул. Получив удар по глазам острыми ногтями, отшатнулся. На мгновение освободившись, Амалия вновь побежала к двери, однако ее противник оказался проворнее.