Одна минута и вся жизнь

Просто ранее Дана ненавидела «квартиру», потому что из-за нее ссорились родители. А теперь она поняла, что мама, наверное, права в своем стремлении. И Дана старательно улыбалась и вежливо отвечала на расспросы Викиной мамы.

Ирина Степановна никогда до этого не обращала внимания на Дану. И она не очень одобрительно отнеслась к затее дочери пригласить к себе одноклассницу из общежития, но Вика так просила, что мама сдалась. И теперь с удивлением смотрела на белокурую девочку с тонким личиком и странными дымчатыми глазами, огромными и задумчивыми. Эти глаза не улыбались, но речь девочки оказалась правильной, она умела вести себя за столом, одета была в красивое платьице, и сердце Ирины Степановны потеплело. Девочка ей понравилась.

— А кем работают твои родители? — Ирина Степановна заинтересованно рассматривает Дану. Что-то есть в этом ребенке, что-то тревожное и странное, но что? Маленькая леди. Но, боже мой, откуда взяться такому? А вот, поди ж ты…

— Папа работает инженером, мама тоже. На заводе.

— Очень хорошо. Ты приходи к Вике, когда захочешь.

Дане отчаянно хотелось домой, зайти в свою комнатку с салатными стенами, сесть рядом с мамой и рассказать ей. Или нет. Ничего не надо рассказывать. Потому что мама опять расстроится. Лучше пойти гулять с Виталькой и Танюхой, с ними весело, а тут не очень, и Вику она терпеть не может. Но Дана сдерживалась. Ее личико было безмятежным, она улыбалась, а Ирина Степановна неотрывно следила за выражением ее дымчатых глаз.

«Эта девочка добьется многого, — думала она. — Просто настоящее чудо. Кто бы мог подумать!»

В те благословенные времена снобизм был не популярен, но Ирина Степановна была снобкой. Она работала директором книжного магазина и, как говорили, «имела связи», вращаясь в определенном кругу. Но девочка из общежития ей понравилась. К тому же она дочь инженеров…

— Папа записал меня в библиотеку.

— Если хочешь, можешь брать книги у нас. — Ирина Степановна благосклонно улыбается. — Только обращайся с ними аккуратно.

Дана пришла домой в странном расположении духа. Она словно нехотя поднялась по лестнице, вот знакомая дверь, за которой стены салатного цвета, кровать родителей и ее раскладное кресло, шкаф и стол, за которым Дана учит уроки. И запах, проникающий из коридора. И знакомые звуки из-за стен.

— Ну, как там было? — Папа внимательно смотрит на Дану. — Понравилось тебе?

Дана твердо решила ничего не говорить, чтобы не расстраивать родителей. Ее личико было спокойным. Это трудно, но Дана уже умела скрытничать.

— А у нас новость. — Папа весело смотрит на нее. — Нам выделили квартиру. Новую, в новом доме.

— Его родителям дали в соседнем подъезде, — отец мрачнеет, компанию дочери он недолюбливает. — А Татьяна будет жить на нижнем этаже.