Одна минута и вся жизнь

Ты просто начальник охраны, а не мент. Клуб закрыт.

Парень совсем не принял в расчет Дану, а напрасно. Потому что в ней уже давно нарастает раздражение, и Кошка выпустила когти. Дана бьет охранника в пах, потом добавляет рукояткой пистолета по голове.

— Оттащи его за стойку.

Костя повинуется. Он начинает понимать, что совершенно не знает эту женщину, возможно, он просто придумал ее для себя, но это ничего не меняет.

— Идем, поищем ублюдка.

— Ты уверена, что именно он — Майор?

— Все указывает на него.

Вот знакомая дверь. Они останавливаются и прислушиваются. В кабинете работает радио, там явно кто-то есть.

Костя толкает дверь. Живописная картина, достойная «Камасутры», вызывает в Дане новый прилив раздражения. Девица вскрикивает, мужчина, пристроившийся сзади нее, тоже.

— Привет. — Дана усмехается. — Прости, дорогой, мы немного не вовремя. Мне нужно задать тебе несколько вопросов.

Сложно представить себе более уязвимое положение, нежели быть застигнутым в разгар плотских утех. Дана с отвращением морщится, а Костя слегка сочувствует брату по разуму. Ему кажется, что Дана просто сошла с ума.

Девица визжит и прикрывается руками, правда, без особого успеха. Дана наотмашь бьет ее, и обнаженное тело мягко валится на ковер.

— Нам ведь не нужны свидетели? Костя, если она очнется, стукни ее еще раз.

— Делай, что я говорю. — Дана чувствует его колебания, и это раздражает ее. — А я пока побеседую с нашим другом.

— Что это значит? Кто ты такая?!

Алекс практически пришел в себя. Он застегнул молнию на брюках и потянулся за пиджаком.

— Стой, где стоишь. — Голос кажется ему знакомым, но он может поклясться, что не знает эту женщину. — Ты же не хочешь умереть на месте? Вот так, хороший мальчик. Сядь на стул.

— Кто ты? Что тебе нужно?

— Вопрос по существу. Я сестра Илоны. Ты убил ее, и я хочу знать, что ты можешь сказать в свое оправдание.

— Илона? Какая Илона? Я не знаю… О, черт!

Крик боли перешел в стон. Тяжелый ботинок врезался в его колено. Он не понимает, где его охранники, он боится, удивлен, что эта девица знает то, чего не должна знать. Он решает поговорить с ней, пока не очухается охрана, а потом они отволокут ее вниз и обо всем расспросят.

— Ты со мной в эти игры не играй, — говорит она.

— Ну, да, Илона, конечно! Только я ее не убивал.

— Вот как? А я считаю иначе. Ты хочешь получить по зубам рукояткой пистолета?

— Я не убивал ее, с чего вы взяли?! Я едва ее знал!

Дана бьет Алекса в зубы. Изо рта его течет кровь, он выплевывает зуб. Дана брезгливо вытирает рукоятку «макарова» какой-то деталью туалета лежащей без чувств девки.

— Думаю, тебе лучше расколоться. Иначе я потеряю терпение.

— Ты не станешь стрелять.