Одна минута и вся жизнь

Они как день и ночь, но прожить друг без друга не могут и дня. К тридцати годам Серафима имеет репутацию отличного специалиста, а Родька, окончив металлургический институт, болтается то тут, то там, но все же как-то умудряется приносить в дом неплохие деньги.

Их родственники уехали в Израиль еще в конце девяностых. Родители, старшая сестра и брат с семьями отбыли на историческую родину, на все корки ругая упрямство близнецов. Сима не хотела ехать. У нее была интересная работа, правда, за нее не платили, но не в деньгах счастье, в конце концов. Сима понимала, что в Израиле она, отличный хирург, будет в лучшем случае медсестрой, а ее это не устраивало.

Родька не хотел ехать без Симы. И вообще не хотел ехать. Он родился и вырос в Питере, в старом дворе на западной части Васильевского острова, у него была здесь куча друзей, он был доволен жизнью и ничего не хотел менять. Они решили, что в чужой стране им совершенно нечего ловить.

Большая квартира родителей, опустевшая после отъезда, осталась им двоим. Родители присылали непутевым детям деньги, по израильским меркам совсем небольшие, но здесь можно было вполне прилично на них прожить. Они отремонтировали квартиру, поменяли мебель, Родька приобрел темно-зеленую «девятку», на которой иногда «бомбил» — ему нравилось общаться с разными людьми.

В тот роковой для Даны вечер Родька уже собирался домой. Было холодно, пустынно и темно, и он решил, что выехал зря. Но тут из темноты вынырнула качающаяся на ветру фигурка. Каким-то внутренним чутьем парень понял, что незнакомка на пределе и ей нужна помощь. Слова Даны о том, что ее подстрелили, Родька словно и не услышал. Но когда они с Симой втащили «добычу» в квартиру и сняли с нее куртку и свитер, то обомлели. В груди незнакомки красовалась дыра, на спине — выходное отверстие. Сима в ужасе заломила руки:

— Ее надо немедленно в больницу! Нужны рентген, полное обследование, анализы… Она потеряла много крови.

— Впрочем, если она была в состоянии идти, говорить, даже переоделась и вот, смотри, пыталась как-то обработать рану йодом, значит, все не так уж плохо… Отнесем ее в Олину комнату.

Почти до утра Сима оперировала гостью. Родька, весь зеленый от ужаса, ассистировал.

— Будем надеяться. Древние хирурги оперировали при наличии гораздо меньшего, чем есть у нас. Думаю, она выживет. Вот список, езжай в аптеку и привези все, что здесь указано.

Дана выжила. Рана затягивалась быстро, но осторожная Сима требовала соблюдать постельный режим. Она делала анализы, а через неделю устроила так, что Дану обследовали в больнице во время ее дежурства.

— Ну, я же говорила. Твои ангелы-хранители знают свое дело. Думаю, их там повысили в звании. — Сима дружелюбно смотрит на необычную пациентку.