Одна любовь. Двойная месть

— Что происходит?

Полина остановилась посредине гостиной, посмотрела на мужчин, они оба что-то сосредоточенно набирали в телефонах. Влад кинул ключи от машины на столик, но на нее никто и не обратил внимания.

— Хорошо. Раз вы так, то я уезжаю домой. У меня есть собственная квартира, средства для существования. Я хоть и буду одна, но зато именно по этой причине на мои вопросы никто не будет отвечать. Меня достали ваше молчание, игры и переглядки.

— Куда это ты собралась? — Влад оторвался от телефона.

— По месту прописки. В паспорте написано.

— Уверена?

— Уверена! А если ты дальше продолжишь так разговаривать со мной, я съеду и оттуда. А вот не надо так на меня смотреть, тебя здесь никто не боится. Будешь так сверкать глазками с охраной или с девками из ресторана.

— Какими девками? — Влад точно ничего не понимал.

— Я найду, с какими.

— Полина, что случилось? — Герман подошел ближе."

"— Случилось то, что я, словно кукла: иди сюда, на, покушай, сядь, отдохни. Вокруг меня что-то происходит, а я, как всегда, не в курсе событий. Какие-то бесконечные переглядки, переговоры, твоя ругань по телефону. Я, в конце концов, живая, и я имею право знать, что творится вокруг меня.

Полина разволновалась, повысила голос, четко проговаривая слова, чтобы до мужчин дошло.

— Сегодня я у ресторана вижу того восточного гостя и, поверьте мне, я могу сделать логические выводы и сравнения, что последовало зимой после его появления.

— Полинка, да прекрати моросить, если ты из-за подружки, то, ну не умею я разговаривать с женщинами.

— Вот, ты видел? — Полина махнула в сторону Влада, обращаясь к Герману. — Что это за слово такое «моросить». Я похожа на четырнадцатилетнего подростка?

Полина завелась не на шутку, погладила живот, прошлась по комнате несколько раз. Вот если сейчас эти накачанные тестостероном самцы начнут затыкать ей рот своим любимым способом, точно уйдёт. Пожалеет потом, поймет, что сделала это под влиянием разбушевавшихся гормонов, но уйдет.

После того, как с ней был нежен Герман на каком-то новом, другом уровне, так, что хотелось его любить прямо там. Хотелось секса, хоть ее гинеколог и сказал ограничить половой контакт на последних месяцах беременности.

— Да, я….

— Да, Влад, я тебя слушаю, что ты мне скажешь? Ничего? Ну, тогда я пошла собирать вещи. Скажите охране, чтобы убрали собак, я так рожу когда-нибудь из-за них.

— Полина, подойди, пожалуйста.

Герман протянул руку, приглашая ее подойти к дивану, девушка рассматривала ее, потом голубые глаза мужчины, он ждал, а она колебалась. Если он дотронется до нее и поцелует, вся решимость пропадет, а так нельзя. Она все-таки подошла, но руки не подала, присела на диван. Мужчина сел рядом, разворачиваясь к ней корпусом.

Герман не знал, с чего начать, и как ее успокоить.