Одна любовь. Двойная месть

Ее толкнули к кровати, Герман, взяв за руку, потянул на себя, впиваясь в губы поцелуем, лишающим всякой воли. Влад лег, лишь подложив под голову подушку, Полина прошлась по его телу взглядом. Он похудел за эти три недели, мышц стало больше, сама сглотнула, когда остановила взгляд на раскачивающемся члене.

— Иди сюда, сядь мне на лицо, хочу твою сладкую девочку."

"Между ног стало влажно, Полина чувствовала это, перешагнула, раздвигая колени, опускается ниже, смотрит вниз, держась за плечи Германа. Но когда Влад начинает лизать ее между ног, тело накрывает волна удовольствия, словно именно там сосредоточено все ее наслаждение.

Он лижет, причмокивает, засасывая губами то клитор, то половые губки, Герман стоит рядом, целует шею, ласкает грудь, опускается, вбирает в рот припухший сосок. Он снова пил ее молоко, и это было так невероятно порочно и возбуждающе. Влад, кажется, пожирал ее снизу, больно сдавливая ягодицы пальцами, натирал клитор языком, Полина сама ерзала на его лице, мышцы живота напряглись, тело выгнуло дугой.

Первый ее оргазм был именно на губах Влада, ее тело трясло, Полина сжимала в руках член Германа, подрачивая, сама кричала и билась в своем экстазе. Мужчины меняли позы, она сама так хотела попробовать их на вкус.

— Иди к нам, встань на колени, да, вот так, милая, поласкай нас.

Перед ее глазами было два члена, обхватывает их обеими руками, проводит по крупным стволам, сжимает набухшие головки. Начинает лизать их по очереди, то один, то второй, посасывая нежную плоть. Мужчины толкались ей в рот, но неглубоко, они больше играли, а Полина заводилась снова.

— Сверху охуительный вид на тебя, Полинка, я потом сниму видео, как ты сосешь нам двоим, а при этом твоя грудь плачет от желания молоком.

Полина ничего не говорит, ей так нравится, какие они на вкус, как пирсинг на члене Влада скользит по языку, какие на ощупь гладкие яйца Германа. Опускается к ним, облизывает языком, слегка засасывая их в рот, тоже проделывает с яйцами Влада. И кто сказал, что двое мужчин — это слишком много? Ей точно мало.

— Ох, детка, сделай так еще, да, девочка, вот так, оближи их, а потом пососи.

Это говорил уже Герман, но ей было все равно, она лизала, всасывала, одновременно дрочила сразу два члена, слюна стекала по подбородку, иногда она заглатывала так глубоко, насколько можно.

— Хватит, девочка, хватит, а то мы не дойдем до главного.

— Что?

— Иди сюда.

Полину поднимают на ноги, слова ласки, их руки везде на ее теле, она уже и не знает, кто ласкает ее лоно, при этом массируя тугое колечко ануса, кто целует грудь, покусывая и посасывая сосок до легкой боли. Тело вновь требует разрядки, низ живота болезненно тянет, любое прикосновение к клитору заставляет ее вскрикивать от удовольствия.

— Иди ко мне, сядь на меня.