Одна любовь. Двойная месть

— Вы такие странные, мужчины, во всем считаете себя виноватыми, что Герман, что ты. Замыкаетесь, ничего не говорите, от этого я накручиваю себя, думаю черте-что. Мне так же, как и вам, нелегко, а ты своим уходом только все усложняешь, непонятно, чего добиваешься.

Полина убирает руку, отходит на шаг назад.

— Но я…я лишь хотел…

— Что ты хотел? Ты сделал то, что сделал, и захотел уйти? Почему ты решил, что во всем виноват именно ты? Это случилось бы рано или поздно, просто так совпало именно сейчас, это бы все равно произошло. Месяц, год, время не имеет значения, это бы случилось, если человек решил мстить, он сделает это, тебе ли не знать. Ты знаешь, я много думала, — Полина поджала губы, в горле стоит ком, ей даже говорить об этом не просто, но после разговора с Германом стало реально легче. — Я так не хотела никого видеть после того, что случилось, хотела просто жить своей жизнью, растить сына, думать каждый раз, что его могут похитить, не видеть и не знать вас. Вообще вычеркнуть из жизни, забыть. Но потом поняла, что просто не смогу так. Не смогу, и не могу без вас.

— Полинка, — Влад быстро оказывается рядом, притягивая девушку к себе за талию, от нее так приятно пахнет.

— Ты сможешь жить без меня и сына? Ты этого хочешь?

— Нет, нет, не хочу, Полинка, что ты, не хочу.

— Тогда чего ты хочешь? Ты сейчас сам не похож на себя. Где тот дерзкий и наглый Соболь, которого я встретила?

— Он здесь, с тобой.

Она снова так нежно касается его лица, скользит пальчиками по щекам, а у самой в глазах стоят слезы."

"— Я здесь. Я так люблю тебя, Полинка. Ты не представляешь, как. Я готов всех убить за тебя.

Сердце выпрыгивает из груди, адреналин начинает закипать в крови, именно так его кроет на ринге, именно эти эмоции он пытался найти, подставляя свое тело для ударов и нанося их в ответ. Но какой же он был дурак, что делал это.

— Любишь?

— Конечно, люблю.

Шепчет, сам дурея от ее прикосновений, но в тот же момент с силой притягивая к себе, накрывая губы девушки поцелуем, таким голодным и жадным, что все нутро скручивает тугим узлом. Как же он так долго мог быть без нее? Словно не три недели прошло, а целая вечность, в каком-то забытье и черном дурмане.

Полина вскрикивает от неожиданности, но приоткрывает рот, их языки сплетаются, она сама отвечает на этот дикий поцелуй голодного зверя. Влад стягивает с ее плеч шубку, кидает на кровать, опускает вырез трикотажной кофточки вниз, обнажая грудь. Как же он соскучился по ее красивым девочкам.

— Покажи, быстрее. Хочу их видеть, трогать. Хочу их целовать.

Полина улыбается, сама освобождает полную грудь, растягивая бюстгальтер спереди. Соски уже набухли, грудь отяжелела, от прохладного воздуха по коже бегут мурашки.

— Черт, как же я скучал по ним. Полинка, они стали еще более охуительны.