Изгнанный бог, или сто и одна бусина благодарности (СИ)

— Я тоже никогда не любила, — призналась Лика. — И не была влюблена. Эти чувства мне незнакомы.

О последнем она соврала, потому что, кажется, влюбленность она уже познала. Влюбленность в бога…

— Говорят, в этом нет ничего хорошего, — улыбнулся Ярило, но эта улыбка показалась Лике фальшивой. — Из-за этого меня изгнали из Прави и лишили большей части божественных сил. Но мне нельзя унывать! — Улыбка на лице Яра стала еще шире и, кажется, теперь она была искренней. — Осталось собрать еще сорок одну бусину, и все наладится!

— Да, все наладится! — Лика тоже улыбнулась ему, искренне.

Думать о том, что будет, когда Яр и остальные ее покинут, совсем не хотелось.

Ярило кинул Лике шлем и, вскочив на электросамокат, скомандовал:

— На этом? — удивилась девушка.

— А что такого? Он развивает скорость до 30 километров в час! Всего два часа, и мы будем на месте!

— А на такси были бы за полчаса, — пробормотала Лика, не только не горя желанием ехать в такую даль на самокате, но еще и надевать шлем. Она укладывала волосы целых полчаса, и портить свой труд не собиралась.

Еще Лика накрасила губы, ресницы, нанесла на веки тени с блестками и надела платье с кружевом, которое надела лишь раз, на вручение аттестата в школе, и благополучно о нем забыла.

— На такси дорого, — отмахнулся Ярило. — Нам нужно экономить.

— Не хочу я экономить, — буркнула Лика, ища в телефоне номер для заказа такси.

Через десять минут они уже ехали в комфортном салоне с кондиционером и чрезвычайно общительным водителем. Он спросил, кем работает Лика и Яр, на что последний невозмутимо ответил, что его профессия — бог, а Лика еще учится.

— Быть богом? — так же невозмутимо спросил таксист.

— Нет, рекламщиком. — Яр повернул голову к окну и добавил: — Богом быть трудно.

После указателя с надписью «Медведки», таксист свернул с трассы и поехал по проселочной дороге. Вдалеке виднелась деревушка, которая, судя по указателю, называлась «Медведки». Однако Ярило попросил водителя остановить у поля с ромашками и иван-да-марьей. Сунув мужчине свою визитку, Ярило попрощался и вышел из машины.

— Нам разве не туда? — Лика указала на деревню.

Ярило качнул головой.

— Лучик ясно дал понять, что они здесь, в поле.

В поле громко стрекотали кузнечики, а из леса неподалеку доносился крик кукушки. Лике показалось, что она слышит еще какой-то звук, похожий на тихую мелодию дудочки или свирели.

— Они — это…. — Ярило прервался и, что-то увидев вдалеке, расплылся в улыбке и произнес: — Так вон они, я вижу их головы!

Он припустил через все поле, небрежно разгребая хрупкие цветы.

— Эй, ты же все потопчешь!.. — воскликнула Лика и аккуратно последовала за ним.

Однако там, где пробежал Ярило, не осталась никаких следов.