Одиссей покидает Итаку. Книги 14-21

А то в следующий раз подумаю, брать тебя на задание или предпочесть кого попроще…

Далее - я не знаю, когда вернусь, может быть, съездить кое-куда придется. До особого распоряжения оставляю тебя в должности коменданта миссии. Пока не разберемся, кто из ответработников жив, кто ранен… А ты у меня в полном порядке, комендантский взвод при тебе… Собрать всех погибших товарищей в подходящее помещение. Как быть с похоронами - после решим. Одновременно начинайте наводить в здании порядок, не снижая обороноспособности. Как использовать танкистов, согласуй с их командиром, тоже от моего имени.

Возникнут нерешаемые вопросы - я буду в своем кабинете, часа через два. То, что валяется на площади, пусть убирают испанцы. Но сам присмотри: вдруг объявятся недобитые. Тех - в подвал, под строжайшую охрану. Там посмотрим, что с ними делать… Выполняй!

Буданцев с Антоном и Готлибом что-то оживленно обсуждали, наверное, богословские вопросы, очень уж обстановка располагала.

– Вас, значит, Иваном зовут? - со всей любезностью спросил Шульгин у Буданцева.

– Совершенно верно. Куда это вы моих людей отправили?

– Не отправил, а попросил подождать завершения разговора с вами. У меня есть несколько вопросов, которые лучше задать в более спокойной обстановке. Если вы согласны, присоединяйтесь к своим товарищам и ждите моего возращения. Если нет - не смею задерживать.

– Конечно, всех. Вы - свободные люди, сами за себя отвечаете…

Буданцев, сообразив, что операция продолжается, мельком взглянул на Готлиба, Тот изображал полное безразличие.

– Пожалуй, можно и поговорить. Но оружие сдавать не будем, и разговаривать не в вашей миссии, в другом месте…

– Дело хозяйское, однако ваши предосторожности напрасны. Я - человек слова, а имел бы враждебные намерения… После всего случившегося вашей судьбой не станет интересоваться никто, стоит мне сейчас товарищу полковнику кивнуть…

– Что да, то да… Да ладно, где наша не пропадала. - Буданцев улыбнулся залихватски, небрежным движением отдал честь всем сразу, пошел к выступу цоколя первого этажа, где сгруппировались десантники.

– Ну а вы, господин, каким образом оказались на этом поле скорби и славы? - спросил Шестаков у Готлиба. - Только не говорите, как персонаж Джерома, что случайно вышли на улицу слишком рано… Представьтесь, чего уж теперь… В любом случае, вы сражались на нашей стороне, и это зачтется… Паспорт у вас, скорее всего, дипломатический? Или работаете под вольного стрелка?

– Передовая арийская ушла дальше? - доставая папиросу, спросил Шульгин. - Я не знаю, господин Готлиб, просто ли вы разведчик, или по совместительству «подходящий специалист», но что умный человек - несомненно. Готов выслушать ваши предположения.