Одинокий отец познакомится

В девчонке явно примесь франклинской крови, недалеко, примерно второе поколение. Захотелось приподнять халат чтобы убедиться что форма бедер так же идеальна как и икры. Но… еще не время. Он нехотя отвел взгляд от ног и вперился в маску. Обычная прессованная бумага, такие маски продают на каждом углу в Цитадели. Магия есть, но какая именно он понять не смог, все же его специализация лежит в другой плоскости, но раз Диего сказал, не трогать, значит, не стоит и пытаться.

Марк протянул руку и в ладонь привычно легла рукоять кнута. Остор — орудие инквизиции и демонологов. Живой магический артефакт, признающий только одного хозяина и подвластный только ему. Чужая сущность заключенная в дерево и кожу — своенравная и агрессивная. Умение их создавать было утеряно еще триста лет назад, в мире остались только осторы принадлежащие самым древним семьям. Они передавались из поколения в поколения, и иногда веками хранились в сокровищницах, пока в роду не рождался маг способный совладать с их силой. Из пятерых детей Марка только Винсент мог дотронуться до отцовского остора, но Марк точно знал, что именно средний сын будет владеть им после его смерти.

— Очень аккуратно, — скомандовал герцог и отойдя на несколько шагов резко замахнулся.

Свист, щелчок и маска осыпалась на плечи девушки серым пеплом. В воздухе запахло розами. Марк убрал остор, подошел к окну и распахнул его, впуская в кабинет прохладный ночной воздух. Когда он повернулся, девушка сидела на диване и испуганно ощупывала лицо.

Юная. Какая же она юная. Огромные испуганные зеленые глаза, припухшие словно от долгих поцелуем губы, маленький нос и…

— Распусти волосы.

Она испуганно кивнула и начала вытаскивать шпильки из тугой косы собранной на затылке.

Да, он не ошибся. Длинные иссиня-черные чуть волнистые они словно плащ накрыли плечи. Хрупкая, испуганная, покорная… А в глазах за страхом скрывается еще что-то. Интерес?

Марк подошел к креслу, постоял прислушиваясь к своим ощущениям, затем провел рукой над столешницей.

— Я не терплю когда чужие касаются моих вещей.

— Я не знала, сеньор.

— Теперь знаешь. Один удар ремнем.

Как мило покраснела. И голосок очаровательный. Марк сел в кресло, открыл верхний ящик стола и достал из него три магически заверенных документа — решение суда, акт передачи и контракт.

«Лорен Сандра Кастро, девятнадцать лет, осуждена на год исправительных работ за попытку подлога, по ее личной просьбе направлена в распоряжение дона Мегеля Картеса, с передачей всех прав на собственную жизнь на один год. Угу, а потом этот год будет зачтен как исправительные работы. Странно. Неужели мести улицы и ухаживать за стариками хуже чем быть моей постельной игрушкой? И отчего она тогда так меня боится? Ведь сама «изъявила желание».