Одинокий фонарь

 – Теперь точно зря.

– Анют, ну какое знакомство? Замуж он тебя, что ли, звал? Вы молодые оба, институт еще не закончили – гуляйте!

– А что потом? Ждать, когда папы не станет, чтобы выйти замуж?! – взвилась сестра.

– Аня! – рыкнула я.

– А что «Аня»? Вон слышишь, как тебя благословляют на весь дом матом?.. Думаешь, в этот раз замуж пойдешь с папкиным разрешением?

– А я не хочу замуж, – встряхнула пододеяльник. – Мне нужно счастье, а не очередная печать в паспорте…

Мама замерла, удивленно глядя на меня, а затем медленно села на край постели. Анька оказалась рядом с ней раньше меня и наперебой начали осыпать ее вопросами.

– Ты чего? Тебе плохо? Может, воды?!

– Сейчас… – посиневшими губами почти беззвучно промолвила она. – Пройдет…

Стиснув от ужаса и стыда зубы, я быстро рылась в шкафчике, пропахшем лекарствами. Измеряя давление, боковым зрением я видела, как Анька накапывает матери в стакан с водой сказанное количество капель. В голове носились пугающие мысли. «Скорую»? Да она здесь застрянет! Нужно быстро ехать в больницу… На моей машине это проще и быстрее!.. А если я не успею?!

Давление было высоким, но мама наотрез отказалась ехать, упрямая! Наши с сестрой уговоры ни к чему не привели. Оставалось только сесть рядом и обнять ее по бокам, держа за руки. Спустя несколько минут ее губы и лицо приобрели привычный оттенок, и мы втроем облегченно выдохнули.

– Катя, ты Максима-то не обижай… – вздохнула мама. – Я внуков увидеть хочу, понянчиться… Где ты еще такого мужа найдешь? – обняла она меня, с трудом шепча в мою макушку. – С Юркой обожглась, – так ведь все обжигаются. Только помнишь, как тебя искали, а ты в больнице бездомной кошкой лежала?

– Помню, мамочка…

– Ты ведь не знаешь, дочка, а Максим твой квартиру заложил тогда… Это потом начальник его передумал и помогать взялся… Много за тебя просили, нам бы с отцом таких денег и в жизни не собрать.

Я пораженно замерла.

Вот что он скрывал! Вот почему экономил порой даже на мелочах, хотя и старался ни в чем мне не отказывать!..

Стало немного обидно. Зачем это скрывать от меня? Неужели чтобы показать свою финансовую независимость?.. Или гусарская гордость заела?!

– Притихли чего-то, – констатировала Анька. – Они там вообще живы?

За дверью и впрямь уже несколько минут не доносилось ни одного громкого звука. Подозрительно тихо стало.

– Мам, ты как? Давай еще давление померим…

Показатели были уже в пределах маминой нормы, но я твердо решила, что никогда больше не заикнусь о своих намерениях родным. И Аньке нечего выпендриваться… А будет возможность – отправлю маму на лечение в хорошую клинику.