Умри в одиночку

О двоих вообще речи не шло, потому что падение заднего обычно вызывает не желание бежать и вырваться из-под ока снайперского прицела, а желание обернуться, чтобы посмотреть. Процесс рассматривания пару секунд занимает – достаточное время для второго выстрела…"

"Матроскин, как и полагается командиру, выбрал для себя самый сложный сектор наблюдения, где было несколько каменных языков, спускающихся с холмов и способных служить укрытием желающему подобраться к вершине холма с тыла, и ещё несколько участков, густо поросших молодым ельником, показал свой участок подчинённым, потом двумя рублеными движениями обозначил сектор наблюдения для младшего сержанта Игумнова. Третий сектор и показывать не надо было – всё оставшееся ушло на откуп снайперу.

И началось то обычно долгое и нудное, утомительное мероприятие, которое обычно называется одним словом – засада. Бывает, конечно, что засада легко переносится и не слишком утомляет, но это случается тогда, когда знаешь, кого ждёшь, откуда ждёшь, и имеешь полную уверенность, что он придёт. В данном же случае не было ни уверенности, ни приоритетного направления появления противника. Но эта засада была не просто засадой, она была засадой караульного плана и потому была необходимым мероприятием…

* * *– Транзит, я – Черемша, Транзит, я – Черемша…

– Слушаю тебя, я – Транзит, – наконец-то отозвался старший лейтенант Викторов.

– Пять минут без перерыва…

– Что пять минут без перерыва?

– Вызываю… Думал, ты заблудился…

– Здесь немудрено заблудиться…

– Вот-вот, Родион, я о том же… Тогда жди меня, чтобы не блуждать… Корректируй направление… Я для тебя скопировал экземпляр карты подземелья…

– Кстати… Где находишься?

– Как спустился, по главному коридору двинул. Метров сорок прошёл. В боковые проходы не заглядывал. На тебя понадеялся…

– Правильно, что не заглядывал. Я там всё осмотрел. Я сейчас в конце коридора. Возвращаюсь из бокового прохода. Посвети фонарём…

Лейтенант Черкашин направил луч фонарика в самый конец коридора и пошевелил им.

– Вижу луч… Мы рядом… Выхожу…

– Иди, я стрелять не буду…

– Уж пожалуйста…

Офицеры встретились в коридоре метров через двадцать. Поприветствовали друг друга лучами фонариков. Их группы продолжали осмотр попутных помещений.

– Здесь есть электричество, – сообщил Викторов. – Но аккумуляторы, как мы включили, проработали от силы восемь минут. Где-то должен быть генератор, и я подозреваю, что он может быть заправленным. Нам попались две канистры с соляркой. Но пока найти не смогли. При свете работать было бы легче…

– Давай смотреть, где разумно расположить электрощитовую… – лейтенант развернул планшет и передал Родиону один экземпляр карты. В свой экземпляр сам посветил фонариком.