Одиночка: Одиночка. Горные тропы. Школа пластунов

Так и будет.

– Тебе-то откуда знать? Ты ж никогда женат не был, – удивился здоровяк.

– Зато я почти два года растил и воспитывал десяток сирот. За это время они стали мне словно родные.

– Да уж, умеешь ты удивить, – растерянно протянул Изя, поднимаясь. – Это как-то связано с тем, что ты ездил в Тифлис?

– Да. Я все расскажу. Вечером.

Их разговор прервало появление одного из Изиных племянников. Баню уже протопили и теперь звали мужчин париться. Пользуясь случаем, Изя тоже решил пропарить кости. Отмывшись после дороги и как следует попарившись, они вернулись в дом, и Изя, на правах хозяина, отправился на кухню, проверять подготовку к небольшому семейному празднику. Но уже спустя минуту здоровяк влетел в комнату парня и, поспешно закрыв за собой дверь, возмущенно прогудел:

– Дед совсем взбесился. Чуть сковородкой меня не прибил. Стоит посреди кухни и рычит на женщин, словно цепной пес. Грозит всех из дома выгнать, если они его вечером опозорят. Давно я его таким не видел, – с довольным видом закончил он.

– Старик решил молодость вспомнить, – понимающе рассмеялся Елисей, доставая из мешка чистую одежду.

– Знаешь, я тут подумал и решил, что ты, наверно, был прав, – вдруг сменил тему Изя.

– Ты про женитьбу? – проявил Елисей сообразительность.

– Угу. Помнить жену мне никто не запретит. А вот дети мне действительно нужны. И дед прав. Род не должен прерваться.

– Как и мастерство, – аккуратно поддакнул Елисей. – Ты мастер, Изя. Мастер, каких поискать, и это умение не должно пропасть. Подумай об этом.

– Подумаю, – кивнул здоровяк, глядя на него очень серьезно.

* * *Крепость встретила парня распахнутыми воротами и усталыми взглядами солдат, стоявших в карауле. Поздоровавшись, Елисей направил коня в сторону дома, попутно здороваясь со всеми встреченными соседями. Судя по восторженно-удивленным взглядам, вести о его случайном возвышении уже успели разнестись. Добравшись до знакомого до боли подворья, парень спрыгнул с коня и, распахнув створку ворот, завел свой цуг во двор.

Вышедшая из сарая Марья, увидев его, тихо охнула, прикрыв ладошкой рот, и, подхватив подол юбки, сломя голову понеслась в дом. Проводив ее удивленным взглядом, Елисей недоуменно пожал плечами и принялся снимать с коней поклажу.

– Вернулся, значит, – раздался голос, и парень, обернувшись, с улыбкой ответил:

– А куда я от вас денусь, бабушка Радмила?

– Мы уж тут грешным делом решили, что ты со своими башибузуками в поход подался, – усмехнулась она в ответ.

– Да я б и подался, да приказ у меня имеется, новую команду на обучение набрать. Вот теперь и думаю, как быть, – вздохнул Елисей, закидывая на плечо переметные сумы.

– Потом думать станешь, – отмахнулась бабка.