Одиночка: Одиночка. Горные тропы. Школа пластунов

В общем, сам разберешься. Знаешь, небось, зачем нас в лес отправляли.

Елисей даже не сомневался, что уже все обитатели крепости успели обговорить эту историю до мозолей на языках.

– Неужто справились?! – подскочил унтер.

– А ты как думал? – фыркнул парень. – Давай командуй. Они там еле живые после полона.

– А ты куда? – возмутился унтер, сообразив, что Елисей направляется к двери.

– Домой вестимо. Самому помыться надо да передохнуть.

– Погодь. Так не пойдет. А докладать коменданту кто станет? – попытался удержать его унтер.

– Меня зачем посылали? – развернувшись, жестко спросил Елисей. – Девок вызволить. Девки тут? Тут. Ну и все. А кому доклад нужен, подождет, – закончил он и, толкнув дверь, вышел на крыльцо.

– Всё, казаки. Шабаш. Мы свое дело сделали. А с остальным пускай начальство решает, – объявил он и, подойдя к Буяну, ласково погладил его по шее. – Устал, чертяка? – тихо спросил парень, поглаживая коня по бархатному храпу. – Ничего. Сейчас отмою тебя, и отдохнем. Поехали домой, приятель.

Сев в седло, Елисей разобрал поводья и уже начал разворачивать коня, когда Мишка окликнул его:

– Елисей, а с этими чего делать? – спросил он, указывая на выданных группе коней.

– Тут привяжи. Пусть дежурный конюхов зовет, – отмахнулся парень.

– А припасы? – не унимался Мишка.

– Так с собой заберите. Чего добру пропадать, – чуть подумав, усмехнулся Елисей.

Быстро перегрузив чересседельные сумки на своих лошадей, казаки вскочили в седла и отправились по домам. Заведя Буяна во двор, Елисей снял с него седло, сбрую и, надев недоуздок, принялся чистить. Наталья, едва увидев его, тихо охнула и вихрем понеслась топить баню. Выскочившие следом за ней из дома девчонки с радостным визгом повисли на шее у парня. Уделив им толику внимания, Елисей закончил с конем и, подхватив вещи, усталым шагом направился в свою комнату.

Скинув сапоги, парень тяжело опустился на свою лежанку и, вздохнув, принялся чистить оружие. Хоть и не стрелял, а почистить все равно нужно. Ночная сырость на пользу стали не идет. Да и кожу амуниции нужно маслом пропитать, чтобы не задубела на местном солнце. К тому моменту, когда он закончил с оружием, баня протопилась, и Наталья, снабдив его чистым бельем и кувшином кваса, отправила парня мыться.

Попарившись и отмывшись до скрипа, Елисей с аппетитом проглотил поданную Натальей яичницу и, сыто отдуваясь, не спеша попивал чай, когда в ворота постучали. Удивленно хмыкнув, Елисей начал подниматься из-за стола, но хозяйка, махнув рукой, решительно скомандовала:

– Сиди, сама разберусь, – и, подхватив влажное полотенце, вынеслась из дома.

Кто там может быть, Елисей понял уже по стуку. Так нагло и громко могли стучать только те, кто был уверен в своем праве указывать всем вокруг.