Одиночка. Честь и кровь: Жизнь сильнее смерти. Честь и кровь. Кровавая вира

 – Езжайте, веселитесь. Наташка вон, уже всю дверь мне ухом протерла, – усмехнулся он, указывая на створку.

В ответ Елисей только усмехнулся. Он и сам прекрасно слышал, как за дверью шуршит ткань платья.

* * *Девушки звонко расхохотались над очередным анекдотом, и Елисей с удовольствием полюбовался светящейся от удовольствия мордашкой своей невесты. Юная княжна и вправду была красива, той странной, необычной, несколько диковатой красотой, описать которую словами очень сложно. В ней явно преобладала кровь ее диких пращуров, то ли татар, то ли сарматов."

"Заметив его взгляд, девушка слегка смутилась и, чуть покраснев, потупила взгляд. Елисей же, улыбнувшись, незаметно подмигнул ей и тут же принялся рассказывать следующую хохму. За время пребывания в этом мире он успел переделать почти все анекдоты, известные ему из прошлой жизни, адаптируя их к нынешним реалиям. Так что развлечь дам ему было чем. Ильико, то и дело поглядывая на свою невесту, только тихо вздыхал, с сожалением поглядывая в сторону пианино, стоявшего у стены.

Извинившись перед девушками, Елисей поднялся и, выйдя в коридор, отправился искать Ирину. Девушке выделили отдельную комнату, прикупив на рынке люльку и все необходимое для малышки. Как оказалось, у нее родилась девочка. Парень удосужился узнать это только через день после того, как привел женщину в имение. И именно в тот день отправил Любима на базар, купить все необходимое для обоих найденышей.

Найдя Ирину в ее комнате, Елисей тихо вызвал женщину в коридор и, смущенно улыбнувшись, спросил, умеет ли она музицировать на рояле или фортепьяно. К удивлению парня, женщина спокойно улыбнулась и, кивнув, пожала плечами:

– Я, сударь, всему училась. И музицировать, и вышивать, и грамотой владею.

– Отлично! – обрадовался Елисей. – Тогда я попрошу вас немного поиграть нам. Дамы танцевать желают, а я на пианино играть не умею. Я только на гитаре. А Ильико, сами знаете…

– Конечно. Я только попрошу кого с Машенькой посидеть, – тут же согласилась Ирина.

– Любиму скажите, что я просил, – тут же нашелся Елисей.

– Сей момент, сударь, – присев в коротком книксене, пообещала женщина и, подхватив подол, унеслась в людскую.

Не успел Елисей дойти до гостиной, как она догнала его и чуть задыхающимся голосом поинтересовалась:

– Сударь, а ноты какие имеются, или придется по памяти играть?

– Вот уж чего не знаю. Сейчас хозяина спросим, – растерянно усмехнулся Елисей и, распахнув дверь, пропустил ее в комнату.

Собравшиеся удивленно замолчали, с интересом разглядывая вошедших. Жестом указав Ирине на пианино, Елисей повернулся к родичу и, уперев кулаки в бедра, спросил:

– Братишка, у тебя ноты в доме имеются?

– Какие ноты? – растерялся Ильико, не ожидавший такого вопроса.

– Музыкальные.