Одиночка. Честь и кровь: Жизнь сильнее смерти. Честь и кровь. Кровавая вира

Все, что в карманах найдете, вот сюда, на свет, – скомандовал Елисей, и казаки, получив подтверждающий кивок от десятника, принялись потрошить пленников."

"Ножи, кистень, пара кастетов и пара жилетных пистолетов легли отдельной кучкой. Рядом казаки выложили все найденные деньги, документы и бумаги.

– Что здесь происходит? – послышался вопрос, и в круг света вступил полковник Тимофеев. Полностью одетый и застегнутый на все пуговицы.

– Людоловов схватили, ваше высокоблагородие, – коротко доложил десятник.

– Елисей, опять твои шуточки? – поинтересовался полковник, настороженно глядя на парня.

– Да уж какие тут шутки, Александр Савич, – фыркнул парень. – Проснулся от того, что под дверью шепчется кто-то. Оделся, в коридор вышел, а дверь напротив приоткрыта. Вот и пришлось порядок наводить, – развел он руками.

– Леночка! Что с ней! – послышался вскрик, и к спящей девушке, протолкавшись сквозь казаков, бросился господин Кокорин. – Господи! Да что же это такое! Что с ней, господа?! – вопрошал неутешный дядюшка, теребя спящую красавицу.

– Усыпили чем-то, потому и не отзывается, – коротко поведал Елисей, принимаясь перезаряжать револьвер.

– Усыпили? Чем? – вскинулся мужчина.

– Сейчас узнаем, – мрачно пообещал парень, покосившись на главаря банды.

В ответ тот только презрительно скривился.

– А привяжите-ка мне этих людоловов к коновязи, казаки, – попросил Елисей, зловеще усмехнувшись. – И нагайки приготовьте. Пусть господа людоловы попробуют казацкого угощения.

Десятник вопросительно покосился на полковника, но тот, моментально уловив, что Елисей затеял какую-то игру, решительно заявил:

– Выполняйте, десятник. И вообще, до моего особого распоряжения его приказы исполнять как мои собственные. Сам разберешься? – повернулся он к парню.

– Не извольте беспокоиться, Александр Савич. Все расскажут, или я из их шкур нам с вами перчаток нашью, – усмехнулся Елисей так, что вздрогнули даже казаки.

– Эфиром усыпили, – хрипло ответил главарь. – Пузырек я в комнате оставил. И тряпицу тоже. Не нужны более.

– Точно чистый эфир, или добавили чего? – на всякий случай уточнил Елисей.

– Точно. Нам бы только до околицы ее донести было. А там ищи ветра в поле, – бледно усмехнулся главарь.

– И зачем она вам? – тут же спросил Елисей, словно случайно наводя ствол револьвера на низ живота пленника.

– Заплатили нам. Сказали, белобрысая девка нужна, не тронутая, из благородных. Мы потому сюда и приехали. На тракте такую найти всегда легче, чем по селам да городам искать.

– И давно этим промышляете? – помолчав, мрачно спросил Елисей.

– Не считал. Деньги платят, и ладно, – фыркнул главарь, явно собрав в кучу все остатки собственной наглости.