Формула одиночества

Новый порыв ветра играючи подхватил ее, лихо подбросил вверх, перевернул и покатил по дороге к дому Анжелы.

Сабрина закричала. Игорь резко затормозил. Толстый Жорик ударился коленом об автомагнитолу, и она заорала дурным голосом:

Владимирский централ,

Ветер северный... —

перекрыв Жорин выразительный лексикон.

– Что случилось? – недовольно спросил Игорь. – Я ведь сказал, оденься попроще, что ты вырядилась как попугай.

– Моя шляпа, – захныкала Сабрина."

"– Сейчас я ее подберу, только не расстраивайся, – заторопился Костик и, открыв дверцу «уазика», неловко спрыгнул на землю.

– Тьфу! – сплюнул Игорь. – Все не слава богу!

Костик почти уже настиг головной убор, но стоило ему протянуть руку, как ветер, словно забавляясь, снова подхватил его и покатил, точно большое колесо, вдоль забора. Так продолжалось минут пять. Марина с нарастающим раздражением наблюдала за жалкими потугами Костика поймать непокорную шляпу. Солнце уже поднялось над горами и с каждой минутой припекало все сильнее и сильнее.

Наконец Игорь не выдержал.

– Если сильно накалить камень, – вымолвил он в сердцах, – то и он треснет. – И, повернувшись к Сабрине, постучал себя кулаком по лбу. – Знаешь, что говорит абхазская пословица? Самое лучшее в жизни – хорошая жена, а самое плохое – плохая жена. Зачем тебе шляпа? От нее одни лохмотья остались!

– Я ему не жена, – надменно произнесла Сабрина. – Пусть побегает!

Игорь язвительно хмыкнул и, надавив на клаксон, прокричал:

– Константин, пошли эту шляпу к едрене фене!

Банкир растерянно оглянулся и вытер панамой потное лицо. Новый порыв ветра занес шляпу на калитку. Она распахнулась, и Марина судорожно перевела дыхание, завидев Арсена. И было от чего! Выглядел он потрясающе! Просто супермен из голливудского боевика! Сильвестор Сталлоне! Мел Гибсон! Антонио Бандерас! Стивен Сигал! Все четверо в одном флаконе! На голове выцветшая бандана, на ногах крепкие ботинки с медными заклепками и высоким берцем. Остальной наряд – просторные черные джинсы, заправленные в ботинки, черная майка, а поверх нее армейский «лифчик» с множеством накладных карманов – не отставал по крутости от ботинок. На шее у него висел фотоаппарат с широким объективом, явно дорогой и явно профессиональный. В правой руке Арсен держал спортивную сумку камуфляжной расцветки в тон «лифчику» и бандане, а левой – поймал злополучную шляпу и, не глядя, вручил ее Костику.

– Спасибо, – растерянно прошептал банкир и затрусил к «уазику».

Арсен быстро перегнал его, подошел к машине и перекинул свою сумку, а затем, ухватившись за задний борт, легко перебросил через него свое тело и устроился рядом с Мариной. Она потеряла дар речи от неожиданности.

– Ну, Арсен, ты – понторез! – с восторгом произнес Игорь.