Формула одиночества

Сердце ее стиснули мрачные предчувствия. Еще ночью счастье, казалось, было совсем рядом. Стоило протянуть руку, обнять его за плечи... Но наступило утро, и счастье вновь отодвинулось, ушло, ускользнуло за горизонт, исчезло, как исчезают ночь или день....

Где-то за сараями звонко заголосил петух, закудахтала, подзывая цыплят, наседка. Скорее всего, ее беспокоил коршун, который гордо парил в заоблачных высях. Хрюкнула свинья, замычала корова, затем звякнула дужка ведра, и следом послышался густой мужской голос: «Но, но, Янка, охолонись!»

– Эй, – осторожно подала голос Марина, – кто-нибудь! Отгоните собак!

Из примыкавшего к загону сарая показался человек в серой войлочной шапочке-«сванке», которая прикрывала гладко выбритый череп, а густая борода и роскошные усы, видно, восполняли недостаток волос на голове. Был он под два метра ростом, с широкими плечами и узкой талией и одет в выцветшую тельняшку и старые армейские брюки, заправленные в высокие резиновые сапоги.

«Это же Лавр!» – догадалась Марина, да и кто еще, помимо бывшего священника, мог носить в здешних местах окладистую русую бороду?

– Доброе утро! – поздоровался Лавр и весело осведомился: – Что, попали в засаду? – И приказал собакам: – Фу, негодные! Видите, это гостья!

Овчарки нехотя поднялись и ленивой рысью направились к загону.

Лавр перепрыгнул через плетень и подошел к Марине.

– Как спалось? – спросил он и протянул ей широкую ладонь. – Лавр, в миру – Олег Петровский. Но откликаюсь чаще на первое имя.

– Очень приятно, – улыбнулась Марина и пожала его ладонь. – Я уже поняла, кто вы.

– Я, как ни странно, тоже не сомневаюсь, что вы Марина. – Голубые глаза Лавра весело блеснули. – Пойдемте в дом. – Он подал Марине руку, помогая ей перебраться через плетень.

Она вполне благополучно его одолела, а затем вслед за Лавром быстро миновала загон, прошла через калитку и оказалась в обширном дворе, расположенном на склоне холма. А чуть выше располагался дом Лавра – обыкновенная русская изба на высоком каменном фундаменте, сложенная из толстых, в два обхвата, бревен.

– Светлана хотя и хромает, но пытается хлопотать по хозяйству, – сообщил Лавр, когда они поднимались по выложенной крупным булыжником дорожке к дому, – а Вадик тоже немного пришел в себя, даже поплакал, бедняга.

– Жалко мальчика, – вздохнула Марина. – И родителей его жалко!

– Игорь и Арсен отправились к дороге за банкиром и попутно прихватят «уазик». Притянут его сюда на буксире, посмотрим, что с ним можно сделать. На месте происшествия уже работают прокуратура и милиция, наверняка без местных «конторщиков» тоже не обошлось. Арсен прихватил с собой Гиви, так что этот мерзавец уже в цепких руках наших органов. А тела родителей Вадика, не сомневайтесь, обязательно найдут.