Одинаковые. Том 3. Индокитай

Я задумался: не думал, что придётся искать помощи у бандитов в таком городе как Ханой, но главное сейчас — найти Саньку.

Путь до китайского квартала оказался не близким. Улицы становились всё уже, дома мрачнее, а взгляды прохожих подозрительнее. Лёха шёл впереди, держа руку на пистолете. — Надо быть внимательнее, ощущение, что нас уже взяли на мушку. Когда мы достигли места, перед нами предстал внушительный фасад игорного дома. На двери висели красные фонари, у входа дежурили двое здоровенных охранников. По виду это китайцы. Ну что ж, пора знакомиться с Бо Чау. Надеюсь, Вонг не подвёл нас.

Внутри нас встретил совершенно иной мир. Мир теней, дыма, опиума и шепота. Наше появление явно не осталось незамеченным. Кто-то уже спешил навстречу, чтобы провести гостей дальше. Похоже судьба готовит нам новое испытание. Я чувствую это своей пятой точкой.

Охранник с лицом, словно высеченным из базальта, молча указал на массивный стол в дальнем углу зала. Мы опустились на лавки, обитые потертым шелком. Здесь пахло ладаном, табачным дымом и опиумом. Над головой раскачалась люстра из оленьих рогов, которая отбрасывала на стены узоры, похожие на паучьи сети.

— Ждать! — буркнул китаец, исчезая за тяжелой портьерой с вышитыми драконами.

Я прошёл пальцем по краю стола. Лакированное дерево было холодным, как лёд. Интересно, сколько здесь людей «ждали» до нас. Столешница была испещрена множеством царапин и отметин. Час ожидания, что нас негостеприимно мариновали перед аудиенцией, тянулся целую вечность. Внезапно портьера взметнулась, и появился всё тот же охранник. Без слов он махнул рукой, приглашая следовать за собой по темному коридору."

"Кабинет Бо Чау оказался клеткой из чёрного дерева и дыма. Стены украшали веера с кровавыми иероглифами, а на полках в нишах стояли странные артефакты. Высушенная рука в бронзовой перчатке, нефритовая маска с пустыми глазницами. За столом, под витражом с изображением царицы змей, сидел сам хозяин. Его пальцы перебирали костяные четки. Приглядевшись по внимательнее, я понял, что материалом для этого аксессуара стали человеческие зубы.

Кабинет Бо Чау дышал угрозой. Сам хозяин, полулёжа в кресле из чёрного бамбука, чистил ножом мангустин. Лезвие скользило по плоду, оставляя на столе кроваво‑красные капли.

— Жан-Луи Легранд, — произнёс он, будто пробуя на вкус имя француза…

— Почему я должен вам помогать? — Чау медленно поднял веки, открыв мутный глаз с бельмом. — С вас 20 лянов золота.

— Информация, — ткнул ногтем в какую-то ветхую карту на столе, — стоит денег, больших денег! Они у Вас есть?

Я прикинул: 20 лянов золота — это примерно 24 тройских унции, или 0,75 кг. Как раз слитки такого веса мы добыли в кабинете португальца в Фучжоу, и сейчас они хранятся у нас в каюте джонки.