50 и Один Шаг Ближе

У тебя всегда есть выбор, Мишель, – Ник оборачивается, и я отвожу глаза от его лица.

Тяжело смотреть на него и не восхищаться вновь и вновь им. Он словно магнит, притягивает меня к себе, зазывает в тёмный мир, и я с удовольствием иду к нему. А это всё неправильно.

– Что ты хотел? – Грубо спрашиваю его, чтобы не показать Нику своих настоящих чувств. – У меня есть ещё дела, поэтому говори, и я уйду.

– Врёшь, крошка. У тебя нет никаких дел, кроме как поехать домой, – слышу в его голосе такую уверенность. Она злит меня. Да, у меня нет друзей больше, нет никого, с кем бы я могла проводить время. И во всём виноват он.

– Не волнуйся, найду, – фыркаю и, поднимая голову, складываю руки на груди.

– Ты ела? – Интересуется он и идёт в мою сторону.

– Да отвали ты со своим: «Ты ела?». Говори, что хочешь, – требую и вижу, как его лицо меняется, скулы ожесточаются, а глаза темнеют от недовольства.

– Тебя, – отвечает он.

– Хватит. Ты убегаешь от меня, как только я подбираюсь ближе. А я не собираюсь гоняться за тобой. Ты уезжаешь и не говоришь ни слова. Что ты от меня хочешь? – Взрываюсь, повышая голос, с яростью смотрю в его глаза.

– Я уехал, чтобы подумать. Мне это требовалось, как и тебе, – спокойно говорит он и показывает рукой на диван, приглашая меня сесть.

– Нет, мне не требовалось думать, мне требовались ответы. Твои ответы, между прочим, – язвительно произношу и плюхаюсь на мягкий диван.

Ник проходит за мной, но садится напротив на стеклянный низкий столик, и теперь наши лица близко. Снова слишком близко, а я не могу контролировать своё тело, которое уже порывается просто обнять его и, возможно, разреветься от облегчения, что вижу его. Хотя бы вижу.

– Ты и так знаешь многое обо мне. Это идёт вразрез с моими планами, – цокаю от его слов.

– Где ты был?

– За городом. Работал. Физически пахал, чтобы снять напряжение, – объясняет он, но мне снова ни черта непонятно. Я ничего не знаю ни о нём, ни о его запутанной жизни, ни об увлечениях. Да и не должна знать, я же всего лишь долбанная любовница и не более.

– Помогло? – Ехидно произношу я.

– Злишься. Только на что злишься, Мишель? – Усмехается он, а я закипаю с новой силой от его спокойствия и насмешки.

– На что?! – Возмущаясь, повышаю голос.

– Тише, не кричи. Сейчас не кричи, голова болит, – кривится он.

– Бедненький малыш, у него голова болит. Прими таблетку, пойди избей кого-нибудь, пусти кровь или что ты там умеешь. Голова у него болит, а у меня не болит? Да я места себе не находила, пока ты отсутствовал. Это ненормально, Ник, знаешь ли! Ненормально брать и уезжать. Я ничего не понимаю, совершенно ничего. То ты бросаешь мне кости, а когда пытаюсь разобраться, это тебе не нравится.