50 и Один Шаг Ближе

– Да?

Я что, действительно ревную Ника к девушкам? Это не сказка? Не кошмар? Это происходит сейчас? Вот это я вляпалась.

– Я помогу тебе снять пальто, – предлагает он, медленно киваю. Пока он пытается раздеть меня, оглядываю кабинет: стол с компьютером, стул, стеклянные стеллажи и белая перегородка вроде шторы, за которой происходит главное шоу. И запах… запах спирта и чего-то ещё, но я не разбираюсь в медицинских терминах, поэтому просто двигаю носом, чтобы не чихнуть.

– Сейчас к нам придёт Пирс Вуд, заведующий отделом гинекологии и дядя Райли, – говорит Ник.

– Ты бы ещё в газеты дал информацию о нашем походе, чтобы весь мир знал эту подробность, – бурчу я недовольно и сажусь на стул.

– Не волнуйся, Пирс никому ничего не скажет, потому что тоже подписал бумагу о неразглашении. Нам дали анкету, которую тебе надо заполнить, – Ник присаживается напротив меня у стола и указывает на белый распечатанный лист.

Перевожу взгляд и кривлюсь. Мне не нужны ни бумаги, ни осмотры, только одно – поехать домой и разобраться в себе. Ибо моё состояние меня пугает больше, чем то, что человек, сидящий рядом, спокойно берёт ручку и за меня вписывает мои данные, словно больной маньяк. Хотя он садист, куда уж хуже.

– У тебя есть заболевания, о которых они должны знать? – Обращается ко мне Ник.

– Да, полоумие, – фыркаю я.

– Значит, всё нормально, – он ставит прочерк.

– Дата последней менструации? – Невозмутимо продолжает он.

– Там нет пункта: дата последнего дня жизни Николаса Холда? – Раздражённо спрашиваю я и выхватываю из его рук ручку, лист и кладу перед собой.

Ник откидывается на спинку стула и, подпирая подбородок, облокачиваясь рукой о стол, с интересом наблюдая за мной.

Дрессировщик, недоделанный!

Заполняю все свои личные данные, как в комнату входит пожилой мужчина, когда я ставлю свою подпись.

– Николас, приятный сюрприз, – как догадываюсь, это и есть дядя Райли. Он подходит к вставшему Нику и пожимает его руку.

– Добрый день, Пирс, нам требуется полный осмотр и твои рекомендации по контрацепции, – выкладывает всё Ник, а я испытываю стыд. Щёки начинают полыхать, а затем кончики ушей. Ну вот как можно быть таким бесцеремонным?

– Я понял, – кивает доктор и теперь его внимание полностью занимаю я.

– Это Мишель, Пирс. Она у меня злючка, – Ник кладёт свою руку на мою талию, и мне приходится поднять голову от такого «красивого» кафельного пола и встретиться с тёмно-карими глазами и широкой улыбкой. Лицо доктора приятное, доброе и располагающее к себе, я сама непроизвольно немного приподнимаю уголки губ.

– Я не у тебя, а у себя.