50 и Один Шаг Ближе

Просто молчу, всхлипывая и сжимая его затылок.

– Доверься мне, я не причиню тебе боли, если сама этого не попросишь. Я хочу тебя для себя, только для себя, крошка, – продолжает он, сильнее обнимая меня, и я ощущаю поцелуй в волосы, затем ещё один в висок. Он отбрасывает мешающие пряди назад и начинает покрывать горячими поцелуями мою шею, что я задыхаюсь от слёз и от его действий.

Его губы переходят на мои мокрые щёки, рука хватает меня за волосы, чтобы голова подалась назад. Выдыхаю и открываю глаза, смотря на него помутневшим взглядом.

– Я…я, – забываю обо всех оборотах речи и просто открываю и закрываю рот.

– Будь со мной, – шепчет он, лаская рукой мою скулу, и проводит пальцем по пересохшим губам.

– Мишель, – его глаза бегают по моему лицу.

– Я не знаю, – жмурюсь и мотаю головой.

– Ты не хочешь даже попробовать?

– Не хочу, чтобы ты бил кого-то, испытывая наслаждение, – облизывая губы, произношу я сдавленно.

Он закрывает глаза и резко отстраняется от меня, что я пошатываюсь без опоры, замирая в позе «сломанной куклы». Ник отвернулся и подошёл к столу, облокачиваясь на него руками. Его спина напряжена, а голова опущена вниз – значит, он зол и раздражён. Я вытираю текущий нос и не двигаюсь, ожидая новой вспышки ярости.

– Ты будешь со мной, рядом со мной, больше не будет Люка, больше никого не будет. Только ты и я в моём мире. Согласна? – Резко говорит он, стоя спиной ко мне.

– Твой мир не для меня, Ник.

– А какой мир для тебя, Мишель? – Усмехается он и поворачивается. Его грудь вздымается слишком часто для спокойного состояния, что я делаю ещё один шаг назад.

– Нормальный.

– А что есть нормали2 в этом мире?

Я не нахожу слов и сжимаю губы, опуская голову вниз. У нас разные понятия, мы противоположности, но они ведь притягиваются.

– Ты сама не знаешь, что хочешь. А я уверен в том, что хочу. Тебе не хватает смелости ответить мне, потому что боишься нарушить свои мнимые правила, которые определила для себя. Почему, Мишель? Ты задавала вопросы, теперь я хочу знать, почему прячешь свои эмоции в себе и не разрешаешь им жить? Зачем водишься с кем-то вроде Люка, когда у тебя больше возможностей? – Зло требует он, а я кривлюсь.

– Не твоё дело, – сипло отвечаю.

– Моё, чёрт возьми! Это моё дело, Мишель! Ты такая же извращённая, как и я, только ты хуже, чем я. Я открыто говорю о своих страхах и предпочтениях, а ты издеваешься над собой в душе. Расскажи мне, потому что пойму в отличие ото всех. Я единственный, кто видит тебя настоящую, – его интонация меняется с крика уже на более спокойную.

Это точно и разрушительно бьёт по моей броне, что я делаю шаг назад и упираюсь в диван, опускаясь на него. Сил больше нет в теле, они покинули меня.