Один раз в миллениум

Я ведь не мог ездить за рубеж, так как работал в «почтовом ящике», откуда не пускали даже в Болгарию. В Таллинне я пробыл почти месяц, здесь и познакомился с Элгой. Она была тогда стройной, всегда улыбающейся смешливой блондинкой. С ней было так забавно.

— Она была замужем?

— Да. Но тогда прибалты считались в этом отношении более «продвинутыми», чем все остальные. На такую деталь мы не обращали внимания. У нее уже взрослый сын, двое внуков. Представляете? А она ведь старше меня только на полтора года. Правда, она очень изменилась. Ведь прошло столько лет. Но она с удовольствием приехала в Москву, кажется, даже не удивившись моему вызову.

— Вы встретились с ней в три часа дня?

— Да. Посидели немного, поговорили. Я пообещал ей позвонить. Она говорит по-русски с очень сильным прибалтийским акцентом.

— Потом она уехала в отель?

— Конечно. Мы отвезли ее в отель, и я заехал за второй женщиной. Она жила недалеко, в «Метрополе».

Приехала из Екатеринбурга. Чудо, что мне удалось ее найти. Она поменяла адрес, переехала жить в другой район. Пришлось посылать туда помощника, чтобы он ее разыскал. Через столько лет. Я тогда работал в Екатеринбурге, вернее не совсем в городе, наш «почтовый ящик» находился в пригороде. Иногда мы выбирались в центр. Тогда любой вокзальный ресторан был для нас идеальным местом отдыха. Вы же помните наглых швейцаров, которые не пускали посетителей. Поразительное было время. Во всем мире людей зазывают в рестораны, а у нас, наоборот, не пускали. Но я немного отвлекся. Мы тогда познакомились с Фаризой. Она жила с родителями, училась в институте. Мы встречались месяца три, а потом расстались. Как-то глупо расстались, просто перестали звонить друг другу, обиделись, как дети. Честно говоря, я даже думал на ней жениться. Но не получилось. Тогда мне было двадцать шесть. А ей двадцать. Через полгода меня перевели на другой объект. Но я еще несколько раз звонил ей, мы просто оставались друзьями. Интересно, что она почти не изменилась за столько лет. Девятнадцать лет прошло.

— Вы назвали ее Фаризой?

— Да, Фариза Мамаджанова. Она по отцу узбечка, а по матери, кажется, украинка, но из Казахстана. Из бывших целинников. Такая интересная смесь.

— Извините за мой вопрос. Вы были ее первым мужчиной?

— Почему вы так решили? — удивился Эдуард Леонидович.

— Начало восьмидесятых, у нас в стране «секса нет», — пояснил Дронго, — жили в провинциальном городе, отец узбек. Естественно предположить, что она была еще девушкой.

— Да, — кивнул Халупович, — вы правы. Так всё и было. Она не хотела приезжать, мне пришлось несколько раз звонить ней и уговаривать.

— Это ваша вторая женщина. А третья?

— Оксана из Киева. Там, слава Богу, еще не нужна виза. Она приехала в Москву, но отказалась от отеля, решила жить у родственников.