Ареал 7–8: Один в поле не воин. — Что посеешь

 – Он указал на распахнутый люк: – Возвращайся домой, жена будет волноваться. Скажи Наде, что из Ареала Тимур вышел без проблем, обещал вернуться через тридцать часов. Просил, чтобы вы встретили его в каком-то условленном месте без нас. Если что, мы к этому люку завтра сами придём. Пусть кто-нибудь из женщин Лаванду сюда выведет и препараты заберёт, если ты пойдёшь Тимура и остальных встречать. В общем, спокойной ночи, Лаванде привет. Топай!

Непр с заметным облегчением удалился, и группа вернулась к автомобилю. Вездесущий Рас исхитрился выбраться на поляну первым и тут же бросился открывать двери «газика». Тщетно подёргав за ручки, он победно провозгласил, что сразу знал, что без Болта машину открыть невозможно, и довольный забрался внутрь.

– Почему сутки, Коля? – Айболит распахнул дверцу и влез в машину следом за Расом. – Что-то пошло не так? Ты сказал Тимофею, что мы не пойдём встречать Тимура, потому что он так попросил. Но он об этом не просил?

– Не просил, – согласился Медведь. – Но Непрам так будет спокойнее. Кто знает, насколько сильно захлестнёт Тимура паника в тот момент, когда он поймёт, что никто из тех, кого он сейчас ведёт, не собирается возвращаться в Ареал? Нам очень повезло, Виталя, что Непры существуют. Кроме них о волшебном пне знают все. Тумана с Рентгеном за нейтралкой бы сдали в пять секунд! А Непр только испугается ещё сильнее и поспешит спрятаться в норе поскорее. Он уверен, что выводит из Ареала Зомби, которые не сожрали его благодаря обезьянкам, мол, мы с ними родственные души, ну или как-то ещё… В общем, что-то общее у нас есть.

Здоровяк захлопнул дверь Айболита и подошёл к своей. Внутри вновь вспыхнула ледяная режущая боль, и Медведь закрыл глаза, собирая в кулак остатки сил. Да уж, лично у него с обезьянками точно что-то общее уже есть, учитывая, что мутировавшее зверьё не то что к «газику», к поляне-то близко не подходит. Впрочем, в отличие от обезьянок у него это ненадолго. Майор глубоко вдохнул и заставил себя запрыгнуть в машину. Болт закрыл за ним дверь, и её негромкий лязг потонул в гулких ударах крови, бьющих по ушам в такт пульсирующей боли, вгрызающейся в тело ледяной пилой.

* * *"

"Смотреть сквозь водную толщу, погружённую в ночную тьму и при этом прозрачную в стометровом радиусе, было одновременно непривычно и жутко любопытно. «Пустышка» в отличие от «Филина» давала глазам носителя не тепловое, а именно подводно-универсальное зрение, потому что окружающая темнота не воспринималась темнотой и в то же время оставалась темнотой. Вдобавок к этому острота зрения оказалась настолько высока, что мутная бурая речная вода воспринималась едва ли не с прозрачностью воздуха. В результате Берёзов постоянно вертел головой, разглядывая подводный мир реки.