Один на один с Драконом (СИ)

Казалось, будто за дверью слышатся частое натужное дыхание и приглушённые команды докторов. Александра Владимировна вся напряглась, обратилась в слух. Криков и стонов не было. Ей померещилось, словно сейчас она услышит полные недоумения возгласы. Чудилось всякое, будто вовсе не люди появятся на свет, а невесть кто.

«На УЗИ были дети как дети», — успокоила она себя.

Не помогало. В горле саднило. От волнения тряслись руки. Чувство было таким же, как тогда, когда дочь пропала без вести: страх неизвестности, предчувствие беды.

Александра Владимировна в очередной раз прокляла войну, ненавистного дракона и Анино упрямство.

Ничего не происходило. Минуты тянулись вечно. Женщина поднялась, намереваясь заглянуть хотя бы через щель. В этот момент раздался детский крик.

К лицу дочери прилипли волосы, две косы растрепались. К груди она прижимала красный крохотный живой кулёк. Второго ребёнка пеленала медсестра. Александра Владимировна не могла оторвать взгляда от маленького тела. Глаза малютки были закрыты. Аня подставляла сосок к крошечным губам. Младенец морщился и бестолково открывал рот. Вдруг щёлочки глаз распахнулись, и Александра Владимировна увидела чёрные глаза, совершенно не свойственные новорождённому. В остальном ни чешуи, ни хвоста — просто красно-розовый комок, сморщенный и неказистый. Крохотная ручка легла на белую грудь. Младенец наконец обхватил губами сосок, перестал возиться, закрыл глаза.

Аня посмотрела в упор на мать, по её щеке скатилась крупная слеза.

— Ну, бабушка, хотите подержать? — спросила медсестра.

Александра Владимировна приняла из её рук свёрток в цветастой пелёнке. Ей показалось, что любое неловкое движение может повредить малюсенькое тельце. Она аккуратно прижала ребёнка в себе, всмотрелась в игрушечное личико. Младенец скривил рот и пронзительно заревел. Закричал и второй на руках у Ани.

Александра Владимировна неожиданно для себя почувствовала нежность, как в далёком прошлом, когда впервые взяла на руки Аню. Чувство это затопило её сознание против воли.

«Какая злая ирония, — подумала она. — Ведь в Институте заговорили о экспедиции туда, где появились эти два комочка вопреки всему».

Старшая Лазарева не решила, стоит ли сообщать новость дочери. Её мучали сомнения.

«Лучше ей не знать, по крайней мере пока», — заключила она.

Кай шёл по звериным следам. Недавний дождь ещё не успел их размыть. Упрямое солнце пробивалось сквозь тучи. Его бледный диск проглядывал через серую хмарь прозрачных облаков. Дракон хотел есть, а ещё больше — покончить с одиночеством.

До того он охотился лишь на шакалов да водных тварей. А теперь планировал рискнуть: выследить зверя покрупнее. Тем более шакалы попадались редко, а мясо здешних рыб надоело до тошноты.